История болезни (документальная повесть) - часть вторая

"

"Василий Семенович с Таней беленькой, на каталке завозят пожилого мужчину. В руках у медсестры капельница, из небрежно прикрытого пеленкой живота больного торчат во все стороны резиновые трубки. С помощью мамы с трудом перетаскивают его на свеже-заправленную кровать. Запах эфира для наркоза летает по палате. Василий Семенович убирает каталку, а медсестра, установив капельницу с кровью на штатив, прикрепляет пластырем трубку с кислородом возле его носа и просит:

- Тетя Феня, приглядите за ним.

- Хорошо Танечка, мне не привыкать.

Сосед с трудом поворачивает голову в нашу сторону. Вижу бледное безжизненное лицо, впалые глаза и опустошенный ничего не выражающий взгляд.

Мама оторвав большой кусок бинта, складывает из него салфетку, затем берет стакан с водой и подходит к нему.

- Давайте смочу Вам губы – в ответ слабый кивок головы.

Она влажной салфеткой протирает его сухие губы, затем лицо.

- Спасибо. – слышим тихий хриплый голос.

Входит Татьяна Александровна и останавливается возле мужчины.

- Как себя чувствуете, Иван Петрович? – наклонившись, снимает с его живота пеленку. Вижу две огромные рваные раны и срединный послеоперационный шов, на передней брюшной стенке. Сосед не отвечает – по щекам текут слезы. Смутившись, доктор вновь прикрывает пеленкой живот: - Извините. Не буду Вас тревожить расспросами. – переходит ко мне: - Видел?

- Да! Все как у меня.

Задумавшись, она утвердительно машет головой.

- Причины разные. У тебя осложнившийся аппендицит, а в него стреляли из ружья. Проблема в том, что дробь во многих местах сильно повредила кишечник. – обращается к маме: - Тетя Феня, пожалуйста, приглядите и за соседом.

- Не беспокойтесь, Татьяна Александровна, выходим Ивана Петровича. Опыт у меня большой. – в голосе грусть.

- Да, Фёкла Никифоровна, без Вас нам было бы очень трудно…

Вечер. В палату вошла пожилая женщина в белой накидке с черной косынкой на голове – лицо серое, в глазах тоска, плечи обвисли.

- Умер наш сынок. – ничего не ответил сосед, только нервно дернулись его скулы и опять глаза заполнила слеза: - В одно мгновение рухнула наша жизнь. Нет сыночка, и ты Ваня в больнице.

Иван Петрович, прерывает молчание:

- Постоянно ублажала его, прощала все. Вот и вырос бандитом. – раздраженный голос дрожит.