Я. Тебя. Заставлю

"

"— Привет, Лада, — слышу знакомый голос и оборачиваюсь. Леонидас собственной персоной. На нем белоснежная рубашка и черные брюки. Выглядит он неважно — уставшим и замученным. Мне хочется провести рукой по его лицу.

— Привет! Что ты здесь делаешь? — удивляюсь. Бросаю вопросительный взгляд на здание.

— А, нет, ни с кем не сужусь, боже упаси. Тебя искал. Был в твоем офисе, мне сказали, что ты с утра здесь.

— Тебе не следовало приезжать, — я начинаю оглядываться. — Нехорошо. Ты помолвлен, мы не должны видеться.

Мне хочется добавить «тем более на людях», но я этого не делаю, чтобы не подать ненароком идею.

— Днем я уезжаю в Анапу на три дня, хотел тебя увидеть перед отъездом.

— По работе? — спрашиваю.

— Да. Слушай… Не хочешь со мной? — И быстро добавляет, увидев шок и раздражение в моих глазах: — Ты не подумай, я без намека. Несколько часов, проведенных в машине по дороге вдоль моря, нам пойдут только на пользу. Если не хочешь, то ничего не будет. Просто покатаемся. У меня куча дел на стройке, ты в это время погуляешь по пляжу, в мае народу мало.

— Леонидас, я работаю, — бросаю взгляд на часы, потом на здание. — Через тридцать минут у меня суд.

— Ты всегда раньше ездила со мной, — упрямо настаивает он.

— Больше я не могу себе позволить жить столь легко и беззаботно.

— Пожалуйста, — он сводит брови вместе, — мне одиноко. Я поговорил с твоим начальником, он сказал, что после суда ты свободна.

Мое сердце снова колотится, в мыслях полный сумбур. Я слышу свой собственный голос:

— Потерпи немного, скоро у тебя появится законная жена.

Он злится, достает сигарету, шарит по карманам в поисках зажигалки. Я снова бросаю взгляд на массивное крыльцо с огромным количеством ступенек, переминаюсь с ноги на ногу — пора идти. Он женится на другой, но обставляет все так, будто это я бросаю его и разрушаю наши отношения.

Машинально стреляю глазами на парковку и вижу, как с ее стороны к нам быстрым шагом приближается Кирилл Богданов.

— Потрясающе! — досадую я. — Только этого мне не хватало!

— Что случилось? — спрашивает Леонидас, оглядываясь. Я поворачиваюсь к судье спиной, делая вид, что не заметила его. Он говорит по телефону и, возможно, не обратит на нас никакого внимания.

— Судья, который рассматривает мои дела.

— А, — Леонидас пару секунд изучает Богданова, хмурится. — Я его знаю.