Ян (не) для Янки

 – Твоё время вышло!

– Ты не ответил! – осторожно отступаю, не разрывая зрительного контакта.

– А ты не оставляешь мне выбора!

Один широкий шаг, и Филатов беспардонно перехватывает моё уставшее тело и, запросто перекинув через плечо, несёт в комнату.

– Пусти, Филатов! – голос срывается в едва различимый хрип. – Я сама! Сама!

Но парень глух к моим стенаниям и настойчив в исполнении обещанного. Бью его в спину руками что есть мочи, тарабаню ногами, но всё впустую. Меня как мешок с картошкой Филатов бессовестно бросает на диван и нависает сверху грозовой тучей.

– Только попробуй! – рычу, отползая в дальний угол. – У меня парень есть! Он это так не оставит! Слышишь!"

"– Ага,– ухмыляется Фил, закатывая рукава, – смотри, как испугался. Ты не умеешь врать, Даяна!

– Я и не вру! Есть! Митя! Я просто не хотела афишировать. У нас всё серьёзно! – сама себе удивляюсь: голос уверенный, даже не дрогнет.

– Митя?

– Да,– рвано выдыхаю. И дёрнуло меня вспомнить про Зюзева. Нет бы про кого более симпатичного мысли в голову пришли.

Но раз уж сказала «А», придётся и «Б» говорить. – Всё зовёт к нему переехать, а я тяну. Вон и адрес у зеркала в прихожей пылится. Так что Филатов тебе лучше уйти!

В глазах парня смятение и непонимание. Сверлит меня своим ясным взглядом, выжидая, когда ж я дрогну, а у самого крылья носа раздуваются, как у Змея Горыныча.

– Врёшь! – цедит сквозь зубы, а потом выпрямляется и делает шаг назад. – Ладно, не моё дело. Но под одеяло тебе всё-таки стоит лечь.

Филатов разливает чай, дожидается, когда я выпью целую чашку, а после суёт мне в рот пару таблеток жаропонижающего и без спроса поправляет одеяло.

Он кажется задумчивым и растерянным, но больше не настаивает ни на чём и не задаёт неудобных вопросов. А я понимаю, что поступила верно: в моих интересах держаться от Яна и от Филатова подальше, а с Бельской проблемы решать по мере их наступления.

Не успевает Сашка уйти, как приходит и обещанный Шаховым врач. Худощавый, пожилой мужчина долго и тщательно прослушивает мои лёгкие, внимательно смотрит горло и зачем-то измеряет давление.

Он настойчиво рекомендует постельный режим и выписывает ещё кучу лекарств. Только всё это проносится мимо меня. Горячий чай, мягкая подушка и лёгкое послабление головной боли незаметно погружают меня в сон.

– Спасибо, – шепчу напоследок то ли доктору за назначенное лечение, то ли Филу за его заботу, то ли Шахову за спасение, а затем проваливаюсь в дрему.

На утро я просыпаюсь в квартире совершенно одна.