Я убью тебя, милый

В шапочке были ровно три отверстия: два для глаз и одно для рта, ее можно натянуть до самой шеи. Надев шапочку, я подошла к зеркалу. На меня смотрел какой-то нинзя. Взяв автомат, я приложила его к груди. В таком обмундировании можно брать любой банк или уж на худой конец обменный пункт. Неожиданно в дверь постучали, и я чуть не грохнулась в обморок. Нет, мое любопытство точно подведет меня под монастырь! Сбросив шапку, я положила ее на место, пристроила автомат, закрыла сумку и задвинула ее в угол. Затем трясущимися руками открыла дверь.

— Скоро Москва, — улыбнулся дедуля и сел у окна.

Я взяла полотенце и пошла умываться.

— Девушка, скоро станция. Давайте быстрее. Мне уже пора туалеты закрывать. Долго спите, — бросила мне вслед проводница.

— Я мигом, — буркнула я и ускорила шаг.

«Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — стучало у меня в голове. — Вот и тебе оторвут, если узнают, что ты лазила в сумку».

Через пять минут я вышла из туалета и направилась к своему купе. Вдруг кто-то больно схватил меня за руку и потащил в тамбур.

Я попыталась закричать, но мой рот закрыла потная мужская ладонь. Как и следовало ожидать, это был мой новый знакомый. Он прижал меня к стене и достал из кармана что-то острое и блестящее. До меня дошло, что это пика. Острая, блестящая, заточенная пика. Именно такой пикой закололи не так давно моего отца, закололи ударом в сердце… Незнакомец приставил пику к моей груди и слегка надавил. Я почувствовала неприятный укол и жалобно посмотрела на этого сумасшедшего.

— Мне больно, — прошептала я.

— Сейчас тебе будет еще больнее. Ты зачем, сучка, лазила в мою сумку? Тебя кто-то подослал? Ты что вынюхиваешь?

— Я не лазила в твою сумку, — соврала я, особо не надеясь на то, что он мне поверит.

«Боксер» ослабил хватку, но не отпустил.

— Я не лазила в твою сумку, — повторила я и почувствовала, как по щекам ручьем потекли слезы.

Не ври, тварь! Я всегда над замком завязываю тонкую ниточку, чтобы потом было видно, вскрывали сумку или нет.

Когда дергаешь за молнию, ниточка рвется. Невооруженным глазом ее никто не разглядит. Когда я зашел в купе, то почти сразу обнаружил, что она порвана. Ты лазила в мою сумку! Откуда ты знаешь про пластическую операцию? Ты первая, от кого я это услышал.

— Мой отец был пластическим хирургом. Он делал такие операции.

— Ты не ответила на мой вопрос, зачем лазила в мою сумку?"

"«Боксер» напряг руку, и пика проколола мою блузку.