Я убью тебя, милый

Я прошла в комнату, села на стул и сказала:

— Ну, здравствуй, сестрица. Покрывшись красными пятнами, Верка спросила:

— Ты была дома?

— Где?

— У себя…

— Нет, а что мне там делать? У меня даже ключей с собой нет. Я их в Москве оставила.

— Эти ключи не подойдут, — безжизненно произнесла Верка. — Там новые замки.

— И кто же их сменил?

Верка молчала.

— Кто без разрешения сменил замки в моей квартире?! — повысив голос, повторила я свой вопрос.

Верка упала на колени, подползла к мои ногам и громко заголосила:

— Дашенька, родненькая, ради Бога, прости! Я ни в чем не виновата! Это все Кирилл! Это все он придумал! Прости меня, я же твоя сестра!

— Что-то поздно ты об этом вспомнила! Ты так и не ответила мне.

— Ты туда не ходи! Прошу тебя, не ходи! Уезжай в Москву! Уезжай! Не ходи в ту квартиру.

Я с силой пнула ползающую Верку ногой. Отлетев к противоположной стене, она, не скрывая злости, закричала:

— Зечка проклятая! В тебе ничего женского не осталось! Драться научилась!"

"Ты бы с мое посидела, тоже бы драться выучилась.

Верка, рыдая, каталась по полу.

— Лучше бы ты и дальше сидела! Зачем ты только приперлась сюда?! Нашу спокойную жизнь хочешь разрушить?!

— Ты мою тоже разрушила. Можно сказать, в один момент ее перечеркнула.

— Уезжай! Уезжай! — вопила Верка, захлебываясь слезами.

Я встала и направилась к выходу. Верка схватила меня за подол шубы и с мольбой в голосе произнесла:

— Даша, прошу тебя, не ходи туда! Пожалуйста, не ходи! Я ни в чем не виновата! Это все Кирилл! Это все он придумал! Я не хотела этого делать!

В дверях я столкнулась с Кириллом. Увидев меня, он застыл с открытым ртом. Похлопав его по плечу, я широко улыбнулась и сказала:

— Расслабься, родственничек, тебе не привиделось. Это я. Успокой, пожалуйста, свою ненормальную жену, а то она так орет, что оглохнуть можно.

— Ты зачем приехала? — с трудом выдавил из себя Кирилл.

— Затем, чтобы засадить тебя и твою драгоценную супругу за убийство моего мужа! — отчеканила я и выскочила из квартиры.

Папик стоял у машины и курил. Увидев меня, он с облегчением вздохнул.