Госпожа болотной равнины

Третьего дня закрылась в библиотеке с молодым господином, пришла в покои свои уж затемно, говорит: «я работала». Клянусь Семином, так и сказала! Где ж это видано, чтоб благородная госпожа работала? А то с маленьким господином по углам жмутся! Тьфу, разврат это и всё тут! – женщина раздражённо сплюнула.

- Мне нужно идти! Госпожа не в духе, который день! Моё отсутствие может стать заметным! Хоть я и сказалась, что в Подуево собираюсь, батюшку навестить, но всё же… - поборница морали поправила чулки на ножке и повернулась к мужчине.

Поцеловав на прощание возлюбленного, молодая женщина покинула сторожку. Деян хотел было посетить по душевной необходимости ближайшие кусты, да заленился. Почесав себя ещё раз, в этом случае – пузо, Деян призадумался: полюбовница его, горничная господская, утверждала, что он не убил ту полудурочную девчонку, что ехала в гости к семейству Валер! Хотя он припоминал совсем иное.

Более глубокий, детальный анализ содержимого его пупка также не дал ответ, каким образом та малохольная смогла выжить. Если он собственноручно её утопил в Гнилушках. Аккурат во время первой весенней грозы. Правду сказать, его разум в тот момент был несколько затуманен дурман – травой, но основное он запомнил очень хорошо.

Девчонка, которую он ограбил по наводке своей подруги, оказалась явно с придурью. Поначалу всё шло, как обычно – он остановил повозку, поинтересовался у возницы, кошелёк, или голова. Тот принял верное решение, но всё равно не смог остаться в живых. Деян хорошо пошарился в сундуках девицы, но остался практически ни с чем. Милая сиротка была бедна, как церковная мышь! Он с раздражением вспомнил, как волок девчонку к болоту, дабы та хорошенько вспомнила, где припрятала денежки, или украшения, или другие ценные вещи.

А девица-то всё лепетала что-то про кары небесные, что непременно настигнут душегуба и прочую муть! Деян был очень зол на свою любовницу, что дала ему «наводку» на эту повозку, и на себя, за то, что пошёл на дело, одурманенный травой, от которой ему потом всякие разности мерещились до самого утра.