Еще один шанс

– А чем тебе эти гильзы не угодили? – не понял контрразведчик.

– Из-за закраины они толстые больно. Оттого и рукоять у пистолета широкая получается.

– Десять выстрелов, значит, – задумчиво протянул офицер. – А может, тогда патроны в один ряд разложить? – предложил он, рассматривая обойму.

– Пробовал. Тогда всего семь выстрелов получается. Ну и какой тогда смысл огород городить? На выстрел больше, чем у револьвера. Только и остаётся выгоды, что быстро перезаряжается.

– В бою и это много, – вздохнул офицер, возвращая ему оружие.

– Только не говорите, что и вам такие надо, – вдруг вскинулся Мишка.

– А я бы не отказался, – улыбнулся контрразведчик.

– Рано ещё, – упрямо мотнул головой Мишка. – Вот в бою испытаю, тогда и вернёмся к этому разговору.

– Вот что мне в тебе нравится, Михаил, так это то, что ты никогда не торопишься свои изобретения пропихивать любой ценой. А сначала всё на себе испытываешь.

– Так ведь для людей делаю, не для выгоды, – развёл парень руками. – Война идёт.

– Кстати, о войне. Я генерал-губернатору доклад отправил и твою мортиру упомянул. Отписал также, что в деле её своими глазами видел. В общем, расхвалил как мог. А вчера мне ответ из канцелярии пришёл, за личной его подписью, – офицер сделал паузу, лукаво поглядывая на парня.

– Что, не поверили? – не удержался Мишка от хулиганства.

– Ох, Миша! – расхохотался контрразведчик. – Ну откуда в тебе такое неверие в наше чиновничество? Да бог с ним, с чиновничеством. Про него я и так всё понимаю.

– Ответить-то я могу, да только обижу, – вздохнул Мишка, делая вид, что смущён.

– Ну да. Повод у тебя есть, – успокоившись, кивнул контрразведчик. – Ладно, не стану томить. Указом его высокопревосходительства генерал-губернатора велено выдать тебе премию за усиление воинства казачьего в размере одной тысячи рублей, – торжественно закончил он, доставая из ящика стола лист роскошной бумаги и протягивая его парню. – Вот указ, а вот и сама премия, – добавил он, выкладывая на стол деньги.

– Спаси Христос, Владимир Алексеевич, – коротко поклонился Мишка, рассматривая указ.

– Миша, не умеешь кланяться, так и не кланяйся, – отмахнулся контрразведчик. – Лапу давай, – со смехом протянул он ладонь для рукопожатия.

– Вы, Владимир Алексеевич, за мной словно от всех правил прячетесь, – не сумел промолчать удивлённый до полного офигения Мишка.