Фредерика

— Вы же сами говорили, что они должны приземлиться на безлюдном месте, сэр! Может быть, там на мили вокруг не будет жилья! А если… если они приземлятся неудачно? Я должен ехать! Говорю вам, я должен! О, почему здесь нет Гарри? — с отчаянием проговорил Джессеми.

Фредерика сказала:

— Кузен…!

Он встретился с ней глазами и прочел в них немой вопрос. Криво усмехнувшись, он пожал плечами и сказал:

— Ну хорошо!

Озабоченный взгляд растаял в переполнившей его благодарности.

— Спасибо вам! Я не имела права просить вас, но я так… так благодарна!

— И подумать только, что я собирался умирать здесь от скуки! — сказал он.

 — Элиза, очень сожалею, но мне придется оставить тебя, прими мои извинения!

— Не беспокойся! — отвечала она. — Я провожу наших кузин до дома, а Карлтон отвезет меня в Алверсток-хауз. Он кивнул и повернулся к Джессеми:

— Поехали!

Лицо Джессеми преобразилось, и он закричал:

— Вы едете со мной? О, благодарю вас! Теперь мы догоним.

Глава 20"

"Возбужденное состояние быстро прошло.

К тому времени, как они доехали до Стенхоп-Гейт, перед взором Джессеми прошло столько разных пугающих видений, что он сидел молчаливый, хмурый, его глаза, только что сияющие возбужденным блеском, помрачнели. Когда фаэтон проезжал ворота, им навстречу мчался шикарный тильбюри, управляемый очень некрасивым, но одетым по последней моде мужчиной, который, завидев серую пару Алверстока, приостановил своего великолепного гнедого и позвал его:

— Алверсток! Вот ты мне и нужен!

Маркиз тоже чуть придержал коней, но покачал головой:

— Бесполезно, Кенгуру! У меня нет ни секунды!

— Но я только хотел… Куда ты, черт возьми, так гонишь? — заорал Кук, повернувшись на сиденье, когда экипаж проехал мимо него.

— Догонять воздушный шар! — крикнул Алверсток через плечо.

— Зачем вы ему это сказали? — спросил Джессеми, — Он же решит, что вы сошли с ума.

— Наверное! И будет прав!

Какое-то время они молчали; потом Джессеми сказал с решительным спокойствием:

— Вы думаете, сэр, что эта погоня — дурацкая затея?

— Да нет! — сказал Алверсток, уловив в его вопросе беспокойные нотки и смягчаясь.

 — Мы, может быть, и не правы, но меня еще никто не обходил!

Они молчали еще полмили. Джессеми прервал это молчание яростным возгласом:

— Его надо высечь! И если я найду его живым и здоровым, то сделаю это!

— Не могу не согласиться! — отвечал маркиз.