Фредерика

Алверсток, покинувший фаэтон и беседовавший с Фредерикой, обернулся с вопросом:

— Ну что, его все-таки убили?

Джессеми, еле сдержав улыбку, сообщил:"

"— Нет, нет! Но это было так невыносимо, что я извинился и ушел. Мало того что он нудел про эту аэронавтику, хотя я наслушался этих историй от Феликса, но когда он стал читать лекцию самому Феликсу и извиняться перед теми людьми за то, что им пришлось терпеть его назидания, я решил, что, если не уйдет, меня зарежут вместе с ним!

— А Феликс надоедает им? — спросила Фредерика.

 — Может быть, мне лучше забрать его оттуда?

— Он не уйдет, особенно теперь, когда кузен Бакстед такое сказал! Он сказал, что людям, занятым важным делом, очень мешает, когда «малыши» болтаются у них под ногами! Это так взбесило Феликса, можете себе представить?

— Да, необдуманное замечание, — мрачно согласился Алверсток.

— Конечно, разве вы называли его «малышом» прямо в лицо?

— Нет, — сказала Элиза, весело сверкая глазами. — Я отчетливо помню, как сегодня он назвал его отвратительным молодым нахалом!

— Вот-вот, мэм! — сказал Джессеми.

 — На это он не обратит никакого внимания, даже на то, что я обзываю его гадким выскочкой! Но назвать его малышом! Нет, я не обозвал бы его так, как бы он меня ни разозлил!

— Наверное, — смиренным голосом проговорила Фредерика, — все, что мы с Черис сделали, чтобы выпустить его в приличном виде, пошло прахом.

— Он выглядит как последний замарашка, — сказал Джессеми честно. — Но хоть он и болтается у них под ногами, Фредерика, они в восторге от него! А если и нет, это все равно не касается Бакстеда! По какому праву он ведет себя так, будто он наш опекун? Во все суется, пристает, как…

Он замолчал, прикусив язык, и после минутной борьбы с собой сказал:

— Не надо было так говорить.

Он все же достойный человек и не держит на меня зла, хотя я был так груб с ним. Я же решил больше не раздражаться. Собственно, поэтому я и ушел.

— Правильно сделал, — сказал Алверсток. — А ты узнал, когда начнется запуск?

— Нет, сэр.

Я только слышал, как кто-то говорил, что сегодня слишком слабый ветер, и, кажется, они сомневаются, что полет состоится. Возможно, придется отложить его, но точно не знаю.

— Жаль! — сказал Алверсток. — Мне тоже все это кажется довольно утомительным и хотелось поскорее уехать отсюда. Боже мой! Если все отложат, Феликс захочет во второй раз устроить мне это представление!

Фредерика засмеялась.

— Не волнуйтесь! Я не дам ему изводить вас.