Фредерика

— Ну уж это, — возмущенно проговорила она, — слишком несправедливо! Разве я прибежала к вам, когда Феликс пропал на этом своем пароходе? А Джессеми, слава богу, никогда не попадает в истории!

Он согласился с этим, но именно Джессеми и втянул его спустя несколько дней в историю с самоходным экипажем."

"Эта нехитрая машина была последней технической новинкой и обещала стать очередным повальным увлечением публики. Простейшей конструкции, она состояла из двух колес с сиденьем между ними, переднее колесо вращалось посредством привода.

Приходила в движение она при помощи ног седока, отталкивающегося от дороги, и умельцы развивали бешеную скорость, когда, балансируя на сиденье, подняв ноги над землей, неслись вперед и проезжали в таком виде приличное расстояние, к удовольствию изумленных зрителей. Джессеми, увидав одного из таких мастеров в парке, мгновенно загорелся духом соревнования. Его предприимчивая натура, истомившаяся в отсутствие его лошадей и от добровольных истязаний учебой, взбунтовалась: здесь, почувствовал он, было средство, при помощи которого он, не вводя Фредерику в лишние расходы, даст выход своей неукротимой энергии и продемонстрирует миру, что его неутомимый младший братец — не единственный Мерривилл, у которого хватает духу на опасные приключения. Джессеми узнал, что существуют школы, где обучают езде на этой машине и что ее предоставляют самым опытным ученикам. Вскоре он стал достаточно умелым учеником, чтобы предпринимать вылазки на нанятом аппарате для поездок по улицам с тихим движением. Лафра сопровождал его в этих экспедициях, и сестры приняли эти прогулки с собакой за долгожданное послабление им своих строгих правил в отношении учебы.

— Хорошо, что мы взяли Лафру с собой в Лондон, — говорила Фредерика, добавляя со смехом: — И хорошо, что он разогнал коров в Грин-парке и заставил Джессеми оторваться от своих учебников, ведь человеку это оказалось не под силу!

Мальчику хотелось неожиданно поразить семью своей необычайной удалью, так что Джессеми ничего не рассказал им о новом увлечении.

Он мечтал научиться в совершенстве сохранять равновесие, подкатить к дому и позвать сестер взглянуть на его мастерство. Пока еще трудновато было ездить в гору, а в грязь лицом не хотелось ударить, особенно если Феликс будет одним из зрителей. Поэтому он по несколько часов практиковался, а для последней проверки перед тем, как предстать перед всем семейством, бесстрашно устремился в самую людную часть города.