Двое. После

Я знаю, что такое отношения. В них все происходит не так.

Мои слова Булату не понравились. Я вижу это по тому, как напрягаются его скулы и как мерцают глаза.

— Говори по фактам.

Я имею право. Имею право.

— Вчера ты отменил нашу встречу без предупреждения и даже не собирался мне об этом сообщить. А еще сегодня за столом тебе позвонили, и ты не стал при мне разговаривать.

Теперь, когда мои главные страхи озвучены, мне становится по-настоящему страшно. Я слишком хорошо помню, чем обернулись похожие претензии в прошлом.

"Булат буравит взглядом мою переносицу и почему-то молчит, хотя явно раздражен. Внутри все сжимается в ожидании. Что бы он сейчас не ответил, я это приму. Я достойна лучшего, я достойна.

Раздраженный вздох.

— За столом мне звонил Камиль. Я не стал разговаривать, потому что видел, что ты была расстроена.

Рот непроизвольно округляется буквой «О», а в носу снова начинает нелогично щипать — на этот раз от неимоверного облегчения. Это был Камиль, не другая девушка. Булат не стал с ним разговаривать, потому что видел, что я была расстроена.

— Задай сейчас все интересующие тебя вопросы, чтобы в будущем мы могли к ним не возвращаться.

Эту фразу Булат произносит устало и нехотя, и меня впервые посещает мысль, что ему, кажется, сложно говорить на личные темы.

Решение приняла, но руки под столом все равно сжимаю до треска костей. Страшно.

— Ты видишься или спишь с кем-нибудь помимо меня? Потому что, если так я…

— Нет, не вижусь и не сплю, — перебивает Булат.

Сердечный ритм меняется: из напряженного и болезненного, становится легким, радостным. У него никого нет кроме меня. Никого.

— А ты планируешь как и раньше пропадать, не ставя меня в известность?

— Все, что касается моей работы — ничего не изменится, — Булат заметно расслабляется, словно разговор вышел на более понятную для него территорию. — Я всегда много работал и ничего менять не собираюсь.