Drama Queens, или Переполох на школьном балу

Может, потому, что Кэтрин привыкла, что все подчинялись ее приказам, а Хитклифф единственны этого никогда не делал? Что не так с этим парнем?

Резко развернувшись, так что на дорожке остались темные следы, она бросила:

– Ладно. Глупая была затея, я изначально это понимала, – но услышала вслед:

– Чего ты хочешь от меня, Кэт?

– Чего я хочу? – Она остановилась и всплеснула руками, снова поворачиваясь к нему. – Да просто знать, что хоть где‑то все нормально. Хоть где‑то порядок и все не разваливается к чертям собачьим.

Она не знала, почему вываливает на него это все. Может, потому, что никто прежде не рисковал слишком близко подбираться к ней, а он смог?

Ведь люди боялись ее сурового нрава и острых слов, она же презирала их за глупость и безалаберность. А потом просто привыкла быть одна. Ездить по делам в одиночестве.

– Ладно, Синдикат, забудь…

– Кэт…

– Это была минута слабости.

Но вместо ответа он просто притянул ее к себе забинтованной рукой и обнял. А Кэтрин, уткнувшись носом в ворот его футболки, торчащей из‑под расстегнутой куртки, от неожиданности замерла.

Она почувствовала, как от его выдоха всколыхнулись волосы на макушке.

– Все нормально, – произнес он.

И Кэт захотелось укутаться в эти объятия сильнее. А еще она вдруг поняла, как же потрясающе он пахнет. Не могла сказать точно чем, потому что это не был запах чего‑то конкретного – мыла, лосьона или дорогого одеколона. Скорее запах самого Хитклиффа.

Кэтрин читала много статей, книг и блогов, где часто писали, что за запахом кроется нечто большее, чем наука, – инстинкты, гормоны, сама жизнь, которую не опишешь формулами.

Что‑то скрипнуло. Открылась входная дверь.

– Хит, – осторожно проговорила Кэтрин, отодвигаясь.

Парень обернулся. На пороге стояла женщина, наверняка его мама, которая тоже явно не ожидала гостей. Они обменялись парой фраз по‑испански, после чего женщина, улыбнувшись, вернулась в дом.