Чёрная сова

— И это плохо, Шаляпин, — посожалел Репей. — Лучше бы ты страдал... Тебе Палёнка совсем не понравилась?

— Я «палёнку» не пью, — выразительно ответил Андрей. — Предпочитаю фирменные напитки.

— Ну ещё бы! Только Палёна, это не водка — цветок. У нас так зовут анютины глазки.

Терехов натянуто засмеялся.

— Как на клумбе живёшь, Репей! Вокруг ландыши, маргаритки...

И нарвался на рычание зверя.

— Не разевай рот, Шаляпин! Это моя клумба! — и пнул мокрый, грязный сапог Терехова. — И нечего тут топтаться!

Потом поднял и зашвырнул в угол портупею с кобурой, и, не найдя, чем ещё выразить своё негодование, вытащил фляжку из внутреннего кармана куртки и сделал большой глоток.

— Извини, — сказал сдавленно, и оттого вроде бы примиряюще. — Нервы сдают... Выпей со мной.

Терехов выбросил его ботинки из кресла, сел и лишь после того глотнул спирта, показалось — вода.

— Кто зеркало разбил? — спросил без интереса.

— Само разбилось.

— Так не бывает, зеркала сами не бьются.

— Тогда не знаю.

— Зато я знаю кто! — Жора резко сел, но озвучивать свою догадку не стал. — Да и чёрт с ним!

В это время, будто в доказательство, от фанеры отскочил кривой осколок зеркала и упал к рукам Репьёва, но эффекта не произвёл.

— Мы познакомились на выставке, — неожиданно признался он. — Ланда приехала в Адлер рисовать море.

— Понюхал, — выразительно произнёс Андрей.

Репей на язвительность не обратил внимания."

"— Это была самая красивая женщина на всём побережье! А ещё и самая талантливая — редкое сочетание! Но, как и бывает, нищая. Кто-то ей сказал, что можно не только окупить поездку, но заработать на целый год. Торговать картинами на Арбате уже стало не модно. Вот она и устроила пляжную выставку, с распродажей.