Брачные контракты

Обедать я не пошла – мне так плохо, что не хочется! И Пасу не пустила:

— Тебе бы только брюхо набить! А если мне без тебя воды нужно будет – кто подаст?!

Зато, когда Кана кончила брякать посудой и Васса вышла в сад, на ежедневные посиделки в тенёчке, я смилостивилась над горничной.

— Ладно, Паса. Сходи, поешь, только не долго!

Селянка промолчала, хотя я видела, что она не привыкла ни к такому обращению, ни к таким капризам. Скорее всего, у неё есть невестки, которых она гоняет. А тут гоняют саму и ей это сильно не нравится.

Время я рассчитала очень удачно. Паса уже вышла из дома, а Кана несла во двор скатерть – стряхнуть крошки. В коридоре я её и поймала.

— Кана, я давно хотела спросить, а с кем из соседей папа дружил? И почему к нам в гости никто не ходит, кроме кир Пунты?

— Он частенько с кирусом Пайком общался. Ну, с тем, что живёт за храмом.

— Как за храмом? Ну, вот до храма если дойти, то потом в какую сторону?

— Так если к дверям храма лицом стоишь – то налево идти нужно.

— А неудачно – это как?

— Ну, так муж ейный – пришлый. Года два назад купил у кируса Дорна сколько-то малых домов. Ну, вроде как – бедный он очень. Говорили, что третий сын в семье был и наследства не досталось.

— А как зовут кируса Пайка и его жену?

— Жену – так и не знаю. Я её и не видела никогда. А кируса Пайка так и зовут – Мардон кирус Пайк.

— А почему его жену не видела?

— А она и не ходила никуда. Только в храм, но в день рандий в храм только благородным зайти можно.

Я-то в другие дни ходила, а она – нет.

Надо же, как интересно! Я и не заметила, что во время похода в храм с Вассой остальные тоже были все не крестьяне.

Ещё и удивилась как-то мельком, что у дверей же есть место, но никто не заходит. Не слишком я поняла и местечковый снобизм – пять домов у жениха и пять у невесты – не слишком и мало. Чуть меньше, чем у той же кир Пунты на двоих с сыном. Но и разбирать тонкости местного этикета мне было совершенно некогда. Главное я уже узнала. Мне нужен для разговора папин друг, кирус Пайк.