Брачные контракты

— Ты не жалеешь, Стефания? Вряд ли это будет легко…

— Знаешь, Март, в этой жизни мало, что даётся легко. Зато у нас с тобой есть надежда…

А в голове у меня, вопреки страхам, тревогам и волнениям, крутилась старая-старая советская песенка:

""Надоело говорить и спорить,

И любить усталые глаза...

В флибустьерском дальнем синем море

Бригантина подымает паруса...""

_____________________________________

""Бригантина""

Слова Павла Когана, музыка Георгия Лепского

Двенадцать лет спустя…

Я сидела у малого водопада и смотрела на искрящуюся под осенним солнцем заводь.

Сегодня к большой земле ушли последние корабли архитионии, до следующей зимы мы остаемся без связи. Сейчас, по прошествии стольких лет, это уже не представляет какой-то серьезной опасности. Но тогда, когда мы только высадились и остались на первую зиму… Я невольно передернула плечами, вспоминая тот год.

"Тяжело вспоминать и саму дорогу, когда приходилось экономить воду. За все месяцы пути я ни разу не мыла голову, только отлив немного воды могла позволить себе обтереть тело чем-то вроде водки. Но я знала, на что шла, и не ныла, ну, во всяком случае – публично. Хотя иногда приступы малодушия и накатывали на меня и я, вспоминая удобный дом в Катенго и, не менее удобный в – столице, несколько раз принималась плакать. И даже давясь слезами я знала – проревусь и пойду дальше. Я сама выбрала эти земли.

А тогда, в первый год, нас спасли консервы и железная воля Марта. Сразу по приезду, первое, что он потребовал – организовать запас продуктов на зиму. И первое здание на берегу был вовсе не дом когда-то риста Торгового флота, а теперь архонга/губернатора/ архипелага Трион, Марта кируса Лерго, а консервный цех, где я трудилась, как рабыня на плантациях. Ну, конечно, вспоминая то время я, возможно, что-то и преувеличиваю, но не так и сильно…

И были конфликты и непонимание, и на него давил капитан экспедиции, требующий кинуть людей на загрузку кораблей товарами – древесиной, пряностями и прочим – торопился назад.

Если бы не решительность Марта, если бы не наша общая предусмотрительность, кто знает, как бы выжило поселение? К весне мы еще не голодали по-настоящему, но порции уже приходилось выдавать под строгим надзором. И возле скотного двора круглосуточно стояла охрана, защищая от любителей прибрать к рукам чужое - коней и кур, коров и овец.