Безбашенная

А нет… понимаю! Если рассматривать это как некий «извр», совращение там… Но когда уже взрослая девочка продается в этом не слишком много потенциала для совратителя. Хотя, я уверена, что любители есть на всё. Но я не уверена, что Аронов любитель… — корчу я гримасу.

Задумчиво прикидываю вероятность, что Аронова эта идея привлечет. Мне так кажется — нулевая.

— А вдруг он в меня влюбится? Я бы не отказалась от такого мужчины.

— Это тоже маловероятно, — скептически вздыхаю я. — Но твою просьбу я исполню.

— Жень! — в след.

— Естественно.

Пока иду до Олега, кайфую от предвкушения его реакции.

Его цербер у кофеварки, бросает на меня взгляд полный презрения.

— Танечка, когда с презрением смотришь на людей, глаза начинаю гноиться. Береги здоровье!

— А что это ты обо мне так заботишься? — ядовито.

— Это я об Олеге Андреевиче, он не любит, когда «кордон» вдруг обрушивается, а ты зачастила по больничным.

— Тогда, тебе нужно о его глазах позаботится, — надменно, — а не о моих.

— Он не грешит презрением.

— Да ну?! — выпрямляется она

— На определенном расстоянии естественно, — делаю ей выразительно бровями. — Поэтому, мой тебе совет — держи дистанцию!

В последнее время у Олега очень не ладится с Татьяной. И я могу только догадываться почему. И я догадываюсь.

Стучу в дверь, заглядываю.

— Можно?

— Заходи, — устало протирает он руками лицо, откатываясь от стола.

— Чем занят?

— Фотошопом.

Заглядываю в экран.

— Портфолио?

— Да и твое тоже на днях отснимем, сегодня и начнем.

— До утра я вся Ваша.

— Как соблазнительно…

— И не только я!

— М? — поднимает он вопросительно бровь.

— Я к тебе с одним интересным предложением.

— Дверь замкни.

— Не настолько интересным, — хихикаю я.

Но дверь замыкаю. Усаживаюсь к нему на колени.

— Привет…

За весь день мы ни разу не пересеклись.

— Привет…

И немного повисев с ним вот так, в полном обнажении, я закрываю глаза.

Он ведет носом по моему плечу, громко вдыхая запах.

— Олег, ко мне сейчас подошла одна красивая девочка. Попросила озвучить тебе одно предложение.

Смотрю ему в глаза.

— Она хочет, чтобы ты купил ее невинность.

Его лицо застывает.

— Туманова… — раздражаясь.

— Да, клянусь, не прикалываюсь! — начинаю хихикать я. — Абсолютно реальная ситуация. Каких-то триста тысяч, и ты можешь повторить свой, надо отметить, безупречный опыт.

— Сколько?!

— Это много или мало? — повторяю я вопрос Наташи.