Безбашенная

 — Мне б чего-нибудь сегодня погорячее и поразвратнее…

— Ну, трахни её, пожалуйста! — начинаю канючить я. — Иначе она на меня настучит на кафедре.

— Ладно. Как даму-то зовут?

— Оля…

— Пойду, приглашу Олю на потанцевать…

Пальчики Крис всовывают в мой рот кусочек сладкого ананаса. Пир продолжается.

Скоро конец света, я его чувствую, и хочется попировать напоследок как следует!

Очень ярко ощущаю физиологическое желание заняться сексом. Между бёдер сводит и пульсирует. Во мне нет спиртного, но голова кружится от него.

Спрыгиваю со стола.

— Олег… — подмигиваю ему, кивая на выход.

Он снова обнимает меня за талию, когда мы идём. Б*ять… Это круто! Во что же мы играем, м?…

— Ты хочешь уйти?

— Нет. Я просто хочу.

Торможу у «porno-zone». Мини-кинотеатр с диванчиками и лайтовой порнушкой на экране. Никогда не была здесь.

— Вау-вау… — тихо смеётся Аронов.

Двадцать один плюс. Но охранник не просит наших документов. Он нас знает.

Темнота… На экране трах. Несколько секунд мы стоим, позволяя глазам привыкнуть и разглядеть детали. Саша Грей эмоционально облизывает огромный член какого-то перекачанного боя. Два из пяти диванов заняты. Кем именно — не видно. Я тяну Аронова на самый дальний.

Мы тонем в удобной, очень мягкой коже дивана. Сажусь на Олега верхом.

— Женечка, — шепчет он возбуждённо. — Давай домой?

— С посторонним мужчиной? — дразню его.

Здесь так темно, что едва вижу его глаза. Но чувствую, что они улыбаются. Его руки ныряют мне под юбку, сжимая бёдра. Встречаемся губами. В моей голове гул. Тело пульсирует… Как же это горячо! Дёргаю за пряжку ремня. Пальцы трясутся от ощущений.

— Малыш… Не здесь.

— А где же ещё? По-моему, очень удобно… — нетерпеливо шепчу ему, гремя пряжкой.

— Поехали ко мне… пожалуйста… — уговаривает он, но его руки и член хотят всё прямо сейчас.

Потому что его пальцы уже во мне, а его член в моих руках.

— Я хочу сейчас… здесь… И я всё ещё на таблетках… — исступлённо шепчу ему. — Тебе будет горячо… мокро… туго… Прямо сейчас!

— О, боже… — возбуждённое рычание мне в шею.

— Никого больше нет… Только ты… Только я… Только наше удовольствие! Смотри на экран, — требовательно шепчу я.

Мой крепко сжатый кулак соскальзывает с его мокрой, пульсирующей от перевозбуждения, головки.

— Fuck! — шипит он.