Безбашенная

И о нём, и обо мне!

— Может и отличный…

— Пусть тогда Саша снимает.

— Ага. Саша и Шибари? А-ха-ха…

Бред, конечно.

— Я не буду сниматься у Аронова. Этого фотосета не будет.

— Будет!

— О каком фотосете речь? — заходит Олег.

Дверь открыта… Слышал?

По очереди требовательно разглядывая нас, он скручивает крышку с бутылки минералки на столе Крис и делает несколько глотков. Я медитирую на его двигающийся кадык. Твою мать! Ну как можно так привлекательно делать такие элементарные вещи?

— Я, кажется, вопрос задал! — поднимает он требовательно бровь.

Отрицательно качаю головой, отказываясь комментировать.

— Крис? — переводит он взгляд.

— В планах было отснять детку в БДСМ-тематике для оформления моего кабинета! — тут же сдаёт Крис все расклады с вызовом глядя мне в глаза. — Женечка хочет сниматься у Саши.

— По-моему, пока еще я арт-директор, а не Женечка… И решения по техническому сопровождению фотосетов — моя прерогатива.

Мы сталкиваемся с ним взглядами, атмосфера накаляется. Нахрена он делает это?

— Пойду-ка я… покурю! — придумывает Крис на ходу предлог, сбегая и прикрывая за собой дверь кабинета.

— Это что было? — хмурюсь я, как только за Крис закрывается дверь.

— Сядь… — показывает он мне глазами на кресло. — Пожалуйста.

Присаживаюсь, забирая со стола бутылку с водой и тоже делая пару глотков.

— Как у тебя дела? — немного смягчается его тон.

Неопределенно машу в воздухе рукой.

— Мы сейчас с тобой об одной важной вещи договоримся, — кадык тяжело двигается вниз, словно он сглатывает в горле ком.

Он всё еще взорван и расшатан. Самообладание дается ему не легко. Всё? Силы на «ровность» заканчиваются? Ты должен вывезти! Я хочу, чтобы ты вывез!!

Вдох поглубже…

— Ты ушла… Я принимаю твоё решение. Но ты не чужой мне человек. Я — не посторонний тебе. Этого ты никогда не изменишь. Я не позволю. Мне не нужна забота в виде дистанции. Не бегай от меня, не втягивай в свою «заботу» других людей. Это унизительно для меня, как для мужчины.

Меня накрывает от того смысла, который Олег придает моим действиям, но как только он проговаривает это, я действительно понимаю, что заботясь о нем так, заставляю его чувствовать себя слабым, а он достоин совсем другого отношения.

— Извини меня. Я была не права. Этого больше не будет.

— Извиняю. Позволь мне остаться близким другом, если я имею для тебя ценность, как друг.

— Конечно, имеешь!

— Поверь, у меня достаточно сил, чтобы любить тебя и в этой роли.

— Я тоже буду любить тебя в этой роли, ДРУГ.