Бархатный капкан

И он собирался меня убить!

— Лучше бы он тебя убил! И не был он чудовищем! Ты его убил! — Яна соскочила с койки, тыкая в него пальцем.

Нельзя ей было делать резкие движения, и взрыв эмоций очень опасен. Глеб даже сейчас думал об этом, но Яну к спокойствию не призывал. Бесполезно.

— Мне очень жаль… Мне очень жаль, что ты так думаешь.

— Я не думаю! Я знаю!.. Ты его убил!

Глеб промолчал, виновато глядя на девушку. Пора было сознаться в содеянном, и он это делал. Вслух он ничего не скажет, но Яна и так поймет.

— Ты!!!

Она ткнула пальцем в его грудь, со злостью глядя на Глеба. А затем ударила кулаком.

— Будь ты проклят!

Глеб опустил голову. Ему нечего было сказать. Да, он убил ее отца, и нет ему прощения.

— Прости! — Он повернулся к ней спиной, взялся за ручку двери.

— Стой! — закричала Яна.

Но Глеб покачал головой. Все уже сказано, и добавить ему нечего.

— Стой, я сказала!

В плечо вдруг ткнулось что-то острое. Только тогда Глеб обернулся и увидел в руке Яны небольшой кухонный нож, которым она счищала кожуру с яблок.

Она стояла в двух-трех шагах от него, нацелив на него острие.

— Ну да, ты же хотела отомстить, — совершенно серьезно, без всякой насмешки сказал он.

— И отомщу! — сказала девушка, бешено вращая глазами.

— Давай! — Он раскинул руки в сторону, открывая для удара лицо, грудь, живот.

— Я тебя убью! — Яна действительно порывалась ткнуть в него ножом, но ее руку как будто парализовало.

Это только кажется, что убить человека просто. Не каждому это дано.

— Убьешь. И сядешь. Тебе это нужно?

— Ты его убил! Скажи, что это сделал ты! — брызгая слюной, потребовала Яна.

— Чтобы я тебе сейчас ни сказал, ты все для себя решила.

— Ты его убил!

— Я еще раз говорю, твой отец был чудовищем.

— Да, он был чудовищем! Но он был моим отцом!

— Я проклят, и я ухожу.

— Ты же не любил меня, когда его убивал? — Яна, казалось, искала самой себе оправдание.

Похоже, она приходила в себя.

— Когда его убивал, я тебя не любил.

— А сейчас?

— Люблю.

— Отец хотел тебя убить. Я знаю… Он и Давида убил… Я знаю, он его убил… И не только его… — Ее взгляд, казалось, обращен был в прошлое.

— И все равно, мне очень жаль.

— Если я тебя прощу, ты будешь мне изменять?

— Я тебе и так не изменял.