Золушка по имени Грейс

Последнее, что я видела – Тэль подкидывает в печку дрова.

Очнулась я только к вечеру. Небольшая слабость и кружится голова. Но ничего критичного. Просто не нужно резко садиться. Рядом слабо ворочалась Тания.

– Как ты? После лечения ты выглядела слабее всех.

– Да вроде живая. Понимаешь, мне нужна была моя капля, чтобы управлять вашими потоками. Поэтому я и отдала свою последняя. И немножко жизни – нужно было совсем закрыть рану. Иначе все могло оказаться бесполезным. Но он уже должен прийти в сознание."

"Мы шептались, потому что была ночь, и на лавке, положив голову на скрещенные руки, спал кто-то из мужчин.

– Может, попробуем встать?

– Давай, если что – я помогу. Всё равно нам нужно узнать, что с Таушем.

Поскрипывая и кряхтя, как две старушки мы поднялись со спальников.

Человек за столом поднял голову и сильно потер руками лицо. Это был Грей.

– Как вы, дамы?

– Как Тауш?

– Жив. Шатает от слабости, головокружение – всё же он потерял много крови, но пришел в себя и домой пошел своими ногами, отлеживаться.

Мы с Танией сели за стол. Отвар мерзко пах подгнившим луком, но ни я, ни Тания спорить не стали. Просто зажали носы и выпили одновременно горькое и ядрено-кислое пойло, вяжущее во рту.

– Молодцы, дамы. Это средство должно, кроме всего, подхлестнуть аппетит. Сейчас мы идем домой и завтра с утра нам всем уже будет немного легче.

Поскольку мы были последние на кухне, то оставив меня на крыльце, Грей пошел проводить Танию к ее жилью. Её дом стоял значительно дальше от кухни.

У нас было тепло – в камине еще догорали дрова. Явно Грей затопил несколько часов назад. Я обессиленно уселась на кровать. Спать не хотелось, я выспалась, но была слабость.

Внизу хлопнула дверь – вернулся Грей.

– Как мы теперь будем? Без магии? Источник должен отозваться магам, а мы теперь – обычные люди. Вовсе не факт, что магия восстановится. Там, за барьером, такое называют выгоранием…

– Знаешь, Грейс, мне, конечно, жаль магию… Я родился и рос с этой силой. Сейчас я чувствую себя инвалидом.