Жемчужный остров

– Ты действительно хочешь остаться до завтра? – в последний раз спросил Ник. – Мы могли бы переночевать на «Лорелее» и сэкономить две-три тысячи. А завтра утром отправиться обратно.

– Почему, ты думаешь, я попросила Пьера выплатить мне часть суммы наличными? – Адриенн убрала чеки в кошелек и застегнула «молнию». – Я тебе объясню. Потому что я хочу их потратить. И я не буду чувствовать себя виноватой. Я хочу привести в порядок волосы и ногти. Я хочу, чтобы мне сделали массаж, хочу купить новые вещи. Черт возьми, мы вполне можем остаться здесь на пару дней.

"– Принять душ и лечь спать.

Интересно, он действительно так устал или его что-то беспокоит? Все равно, какие бы у него ни были проблемы, Адриенн хотелось, чтобы он немного развеселился. Как-никак сегодня особенный день! Она достала из кошелька деньги и протянула их водителю.

– Не надо, я сам расплачусь. – Ник сделал знак водителю, чтобы тот помог Адриенн выйти. – Иди в отель и зарегистрируйся.

– Ты можешь купить новую, – предложила Адриенн.

– Это не обязательно. Я недолго. – Он выглянул в окно и поцеловал ее. – Когда я вернусь, мы отпразднуем.

– Кстати, Ник… – остановила она его.

– Что, Адриенн?

Она вынула небольшой пакет из сумки и протянула ему.

– Ты не мог бы по дороге остановиться и сдать пленки в фотомастерскую. Мы видели ее там, за углом.

– Конечно, – Ник взял пакет.

– Скажи, что это срочно.

Ник собирался уже выбросить пленки в мусорное ведро, но потом передумал. Ей же понадобятся фотографии для отчета. Лучше он их проявит, а потом выберет те фотографии, где отчетливо видно его лицо, и уничтожит их. Так Адриенн не сможет долго разглядывать его, размышляя, где она его могла видеть. К тому же дома она наверняка захочет кому-нибудь показать эти фотографии, и не дай Бог его узнают и снова поднимут шумиху.

Ник поднялся на борт «Лорелеи» и спустился в каюту.

Ему все время казалось, что кто-то следит за ним, он спиной постоянно чувствовал чей-то взгляд. Кто-то так же, как и Адриенн, пытается вспомнить, где мог его видеть. Из-за этого Ник все время чувствовал себя не в своей тарелке.