Заговор против Сталина

Увольнения комначсостава в РККА производились по приказам НКО СССР и военных округов. В тридцать седьмом это право предоставили также военным советам округов и флотов. За увольнением следовало задержание. Аресты осуществляли сотрудники Особого отдела НКВД. Павла Романова миновала эта чаша, за что он был премного благодарен судьбе, но насмотрелся этого вдоволь. В Приволжском военном округе, где он проходил службу, представителей начсостава брали через одного. Одних арестовывали прямо на работе, за другими приезжали домой, используя специальный транспорт.

С приходом в комиссариат товарища Берии волна накрыла сотрудников НКВД. Январский пленум ЦК ВКП (б) тридцать восьмого года принял постановление об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из ВКП (б), а также о мерах по устранению этих недостатков. Многие командиры вернулись из тюрем, были восстановлены в партии и на службе. Но теперь трясли НКВД, госбезопасность. Антисоветские заговоры тоже не отменили, но к их выявлению стали подходить строже и взвешеннее.

Командарм второго ранга Буревич был арестован в конце 1939 года, в разгар финской кампании. Вместе с ним попали под арест комкоры Котов и Пермяк. Павел частично участвовал в расследовании этих дел и в результате изучения материалов и знакомства с фигурантами пришел к удивительному выводу: заговор не был сфабрикован!

Подавляющее большинство дел высасывали из пальца, хватали невиновных, обвиняли в членстве в мифических сообществах.

С делом Буревича все было иначе. Заговор существовал, в нем участвовали представители командования не самого высшего звена, но и не командиры батальонов. Главной целью заговора было сместить, а лучше – уничтожить товарища Сталина, «виновного во всех бедах, произошедших со страной» (голод, нищета, диктатура и тому подобный вздор).