Заговор против Сталина

Судно плавно вздымалось на волнах, за спиной скрипели сочленения надстройки. Ветер, по счастью, стихал, а в воздухе висела легкая изморось. Павел сместился под навес, привалился плечом к столбу. Курить особо не хотелось, но случаются ситуации, когда надо. Он вынул папиросу из пачки, чертыхнулся – практически пустая. Он выкурил последнюю папиросу за несколько затяжек и выбросил окурок в море вместе с пачкой. Качка наверху ощущалась сильнее, но здесь было чем дышать. Свежий воздух прояснил сознание, голова уже не трещала.

Подошли Уоткинс и Галлахер – два британских моряка в непромокаемых комбинезонах – и встали неподалеку. Снова налетел ветер, стал срывать с них капюшоны.

– Все в порядке, сэр? – спросил коренастый Уоткинс.

– Все отлично, товарищ, – подтвердил Павел. – Чувствуем себя заново родившимися, наслаждаемся экскурсией.

Моряки добродушно засмеялись. Физиономия русского «дипломата» плохо сочеталась с понятием наслаждения.

– Ничего, сэр, скоро привыкнете, – заверил молодой черноволосый Галлахер. – Мы тоже когда-то привыкали, зато теперь на суше чувствуем себя неуверенно, хочется поскорее в море.

«Не дай бог», – подумал Павел.

– Это Норвегия? – кивнул он на узкую полоску суши.

– Норвегия, – подтвердил Уоткинс. – Немцы ее оккупировали. Здесь иногда подводные лодки шныряют, не дают спокойно наслаждаться природой. Но когда видят крейсер и противолодочные катера, как правило, уходят, не хотят связываться. Так что вам нечего переживать, сэр. Вероятность нападения незначительна. Здесь и наши подлодки иногда появляются, не дают нацистам заниматься разбоем.

Уоткинс извлек из недр комбинезона пачку английского «Ротманса» и выудил сигарету.

– Держите, сэр. Берите всю пачку, у нас еще есть. Мы видели, что у вас закончился табак. Держите, не отказывайтесь, это хорошие сигареты.

– Поставщик двора его королевского величества, – пошутил Галлахер.

– Спасибо, парни.

– Ты заметил, Гарри? Сегодня слишком близко подошли к Норвегии, – подметил Галлахер. – Обычно ее не видно.