Завещание

А ты что думала? Важные бумаги не выкидывают, а бережно хранят или сжигают.

— Так что же — мне ни монетки не дадите за него? Список тоже, поди, полезный — будете знать, что у герцогини уже есть и пошлете ей на именины или какой другой случай от себя подарок, какого она не получала. — Селия выжидательно-просительно заглядывала в глаза лавочнику.

«Лучше дать монету, а то не отвяжется и растрезвонит по всему поселению, что я бумагу забрал, а ей ничего не дал», — размышлял господин Дарваль.

— Ладно. Жди."

"Через пару минут он вернулся и положил в торопливо протянутую ладонь Селии монету. — Только из-за моего доброго к тебе отношения, что шла, старалась. А бумагу эту хранить опасно! Увидит или найдет кто, спросит — откуда? Придется рассказать, что ты принесла. А все знают, что ты в замке три дня работала. Вдруг не только бумагу вынесла, а еще чего украла?

— Что Вы, господин Дарваль! Как можно!

— Это ты потом дознавателям объяснять будешь — откуда у тебя бумага из замка.

— Ой, господин Дарваль! А может быть, сжечь ее, а? Список можно и на память запомнить. А? — Селия ловила лавочника за руку и забегала вперед, а он делал вид, что собирается уйти.

— Ладно. уговорила. Сожгу. — и Дарваль достал специально припасенный клочок, измятый и выпачканный золой и сжег его на глазах женщины. — Вот, довольна? Теперь не было никакой бумаги и ко мне ты заходила… А вот хоть за солью.

— У меня еще полный коробок есть, мне соль пока не надобна!

— Ну говорю же — дура, как есть. Мы тут пять минут на глазах у половины поселения вдвоем торчим. Спросит кто- зачем к лавочнику заходила? Что ответишь.

Селия растерянно хлопала глазами.

— Скажешь, заработанное выдали в замке, зашла по дороге и купила соли (он всунул в одну руку женщины коробок) и леденцов детям (в другую руку два леденца). Поняла?

— Да! Все поняла, — быстро-быстро закивала головой.

И чуть не бегом Селия припустила к дому.

Дарваль проводил ее взглядом, вошел во двор, проверил, крепко ли заперта калитка и усмехнулся.

«Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь».

А письмо пусть полежит, место не промнет. Глядишь, и пригодится…

Глава 4

В столице Империи день клонился к закату, заканчивали работу ремесленники и пустел базар.