Завещание

Конечно же баронесса не могла уехать молча — еще на лестнице Деми услышала мамин голос. Баронесса кому-то выговаривала и попутно дергала младшую дочь.

— Аннет, стой здесь. Где лакеи? Я должна сама нести вещи или, может быть, это должен делать мой муж — барон? Невозможные порядки в этом замке, сразу видно, что нет настоящей хозяйской руки! Эй, ты! Да, да — ты! Иди сюда и возьми вот эту картонку. Ничего, подождет твой герцог, не переломится. Мог бы повежливее обходиться с тещей и новыми родственниками, а то надо же — дела у него! Знаем, какие дела у мужчин.

 — баронесса повернулась и осеклась, наткнувшись на фигуру герцога. — А, Ваша Светлость уже вернулись! Какой замечательный замок и какие вышколенные у вас слуги, сразу видно, что хозяин не пренебрегает своими обязанностями! Я так рада, что мы теперь родственники и я смогу часто бывать в гостях у моей дорогой Демианы! Вы же не будете против? Ах, я так и думала, Вы просто душка!

Тамиль стоял, морщился и не знал, как прервать этот поток лести и как бы поскорее спровадить тещу восвояси.

Видеть ее частой гостьей и вообще видеть в своем доме он категорически не желал. Но если она права и Демиана будет тосковать по родителям, ему придется терпеть. Да он готов терпеть кого угодно, только бы исправить, что натворил и увидеть на личике Деми улыбку! Ему придется очень постараться.

Он кивнул барону, привычно молчаливому и почти потерявшемуся на фоне энергичной и громкоголосой баронессы и перевел взгляд на спускающуюся Демиану. В простом утреннем платье легкого бирюзового оттенка девушка выглядела довольно мило и даже небольшая бледность не портила впечатления.

Тамиль смотрел во все глаза, будто видел жену впервые, что, в общем-то, было недалеко от истины. С самой первой встречи он избегал разглядывать невесту, сразу решив, что она ему не нравится и менять это он не собирается. Теперь он жадно впитывал ее облик — нежный овал лица, небольшой нос, чуть крупноватый рот, теплого оттенка карие глаза — а его жена не настолько непривлекательна, как он нафантазировал ранее! А если ее приодеть, уговорить перестать прятать чудесные волосы, если она будет весела и радостна — она станет настоящей красавицей! И да — необходимо проследить, чтобы Деми хорошо питалась. Герцог не был поклонником пышечек, но худоба жены была явно чрезмерной. Не кормили ее дома, что ли? — с этими мыслями Тамиль подал Деми руку. Она долю секунды поколебалась, но подала свою и еле заметно вздрогнула, когда их пальцы соприкоснулись.