Завещание

— Тиль, тебе уже тридцать три, скоро отцом станешь, когда уже начнешь сначала думать, а потом делать? — простонал Анрион. — Зачем ты позволил ей надеть платье Демианы?

— Я же говорю, не было у меня времени думать, схватил первое попавшееся. Кстати, оно графине не понравилось, просила, чтобы разрешил самой выбрать другое.

— Еще бы ей понравилось — ты умудрился выбрать платье, в котором герцогиня представлялась императору. Его точно все запомнили и все узнают.

Тамиль беспомощно посмотрел на друга и перевел взгляд туда, где сидела де Соммери.

Действительно, то самое платье, вот же гадство! Как он мог так опростоволоситься??

Но тут объявили выход Их Императорских Величеств, и мужчины поспешили на свои места.

Маркиз нервничал, приближался момент истины. Если все сложится, то он проснется завтра императором. Если что-то пойдет не так, то судьба его непредсказуема. Не каждый может рискнуть всем, ради высшей цели. Он — смог. Сможет.

Как договаривались, маг передал шарик с проклятьем и объяснил, что применять его желательно тогда, когда императрица будет одна или с возможно меньшим количеством людей возле нее.

— Иначе магия разделится и всем достанется по кусочку. Не страшно, что кто-то еще пострадает, другой вопрос, что тогда императрице достанется меньше и, возможно, цель покушения не будет достигнута — она выживет и ребенка удастся сохранить.

Этого маркиз допустить не мог. Так как проклятье никто увидеть не сможет, то для всех ситуация будет выглядеть так, что императрице вдруг станет плохо и она потеряет сознание.

Император бросится к ней и вся охрана, все абсолютно будут смотреть только на нее и в образовавшейся толпе виконт де Гален подберется вплотную к императору и ювелирно вонзит в него смертоносный стилет. Остается еще дель Риво, но с ним справиться будет проще. Если получится, то в суматохе его попробует прикончить молодой де Скалли, а не получится, они разберутся с ним позднее.

Тем временем, пары выстроились, и началось оглашение помолвок.

Как только церемониймейстер называл имена, гордый жених выводил свою прелестно смущающуюся невесту в центр зала, он отвешивал глубокий поклон, девушка — делала придворный реверанс и после кивка Ее Величества, пара уступала место другим.

Год на пары выдался богатый — больше ста молодых людей обрели свои половинки, и процедура оглашения несколько затянулась.

Тамиль коршуном зыркал по сторонам, пытаясь стряхнуть намертво прилипшую к его руке графиню.