Вот и я, Люба! (СИ)

- Давай, сладкая моя, снова залижу тебя до оргазма? Ну ведь хорошо же было, да?!

Смотрю на него, боясь рассмеяться, чтобы ненароком не обидеть мужское эго в совокупе с генеральским самолюбием.

- Степушка, залижу - это здорово! Но мне очень хочется дружка твоего внутри себя почувствовать. Очень! Давай попробуем аккуратненько, не в полную силу, а так немножечко, - оглаживая поникшее мужское достоинство, шепчу ему на ушко со слезами в голосе.

- Любимая моя только не плачь! Ну, если только на пол шишечки. Так чутка на входе поелозить.

То, конечно, можем попробовать, - целуя меня отвечает Степушка. - Только лучше бочком, так все же доступ меньше, значит, аккуратнее и безопаснее.

Рукой чувствую, что Степушкин младший крепчает. ""Ну, так-то лучше. Хорошо, что хоть удалось так Степан уговорить, а то совсем прямо беда-беда, - думаю я, лаская пальчиками бархатистую головушку. - Ладно, пусть начнёт на пол шишечки, как Степушка смешно сказал, а там сама уже подстроюсь.""

Ага, щаззз, как только пытаюсь взять процесс в свои руки, так Степан сразу же на корню пересекает мою инициативу, резко отодвигаясь от меня.

Только раза с пятого мне удаётся до самого упора приблизиться к мужскому паху. И тут на Степу нападает паника.

- Любушка, ты чего? Ты зачем на конец до конца села?"

"- Степушка, каламбур, конечно, удался, но все же замолчи, а! Давай, двигайся спокойно и нежно. Мне так хорошо, что прямо аж слов нет, - горячо шепчу я своему мужчине, направляя на свой лобок его руку, чтобы хоть как-то отвлечь мужика от мыслей пугающих.

- Ещё, милый, ещё! Да, вот так, чуть сильнее! Ах, ещё, ещё, любимый мой! Ах, ах, ещё немного! Давай, Степушка, ещё! Люблю тебя! Очень сильно люблю!

Цунами оргазма нас обоих накрывает одновременно. Ловлю удовольствие от обоюдной пульсации.

На самом пике снова опускаюсь до основания члена, зажимаю его мышцами малого таза, не давая ему выйти из себя.

Есть у меня непреодолимое женское предчувствие, что Степушка мой может впасть в очередную истерику в части ""не могу кончить на головы своих детей"".

Где-то такое я читала, или Светка мне со смехом рассказывала что-то про это из своих книжек.

Как чувствовала, так и получилось. Едва придя в себя, мой генерал выдаёт фразу, от которой мне хочется смеяться в голос. Приходится снова сдерживать себя из соображения бережного отношения к Степупкиному самолюбию.

- Любимая моя, ничего страшного, что я внутрь кончил, вдруг для детей это вредно?

- Славный мой, для ""нас"" это полезно.