Варяг. Мечи франков

Но ты бери ее, брат! А нет, так мне отдай! Ух каких она мне сыновей родит! — Машег закатил глаза. — Такие не журавля, сокола в небе достанут!

— Мечтай, — буркнул Сергей. — Пойдем железом поиграем.

— А пойдем!

Машег теперь проигрывал Сергею десять из десяти, но, оптимист, не терял надежды взять реванш.

* * *А вот кто десять из десяти брал у Сергея, так это Рёрех.

Но при этом не забывал дипломатично сообщить: «Неплохо. Растешь».

Вот и сегодня, разделав Сергея, как охотник — заячью тушку, тоже похвалил:

— Лучше, Варт.

— Меня? Избор⁈

Сюрприз. Наивысшая похвала, которой он сам удостаивался от ведуна во время трех последних поездок, это хмык и пренебрежительно оброненное: «Сойдет для убогих».

— Он самый. Говорит: этак ты скоро меня обгонишь в Вильдовой пляске.

Ну да. Вильд Мореход. Тот, от кого у их рода секретная техника. Секретная! А Рёрех о ней так громко…

Сергей быстро огляделся. На княжьем подворье народу полно. Жара спала. Самое время гриди потренироваться, а старшим — погонять детских и отроков.

— Не беспокойся, — Рёрех, как это часто бывало, угадал его мысли. — Слова — это слова. Слушай, смотри — не жалко. Это как сквозь запертую дверь глядеть. Ее открыли для отца, для меня, братьев. Скоро и ты войдешь. А больше никто.

— А сам Избор?

— Избор дверь и открывает. Он… хм… ключник. Пойдем кваску попьем и о семейном поговорим. Слыхал от Кольгримы: ты вторую жену взять хочешь?

Ну бабьи языки…

— Еще не решил, — буркнул Сергей.

— Решишь, мне покажи. Все же в наш род входит.

— Да ты ее видел, — Сергей принял у холопки деревянный ковш… Теплый, зараза. — Искора, десятника моего Милоша дочь.

— Знаю Милоша, — кивнул Рёрех. — И ее знаю. Доброй крови девка. Красивая, храбрая и стреляет метко.

— Это да, — подтвердил Сергей. — В бычий глаз со ста шагов. А уж какая проворная! Той ночью с ней побыл, а сегодняшним утром она уже к Колхульде: «Вартислав меня женой берет!»

Рёрех заржал.

Отсмеявшись же, сказал:

— У тебя теперь два пути: или в жены брать, или сказать Милошу, чтоб кнутом ее поучил — за длинный язык. Ну или взять в жены и самому поучить. Ха-ха-ха!

Весело, блин, ему.

— Наложницей, ладно, возьму, — заявил Сергей.

— А вот это нехорошо, — Рёрех перестал ухмыляться. — Не того она рода. И ее, и отца ее кровно обидишь. Лучше уж так, полюбовницей оставь.

И Рёрех прав. У Сергея язык опять впереди ума оказался.