Твоя наследница

— Здравствуй, Юля, — произносит Давид первым, когда я приближаюсь. Голос глубокий, но ровный, нисколько не выдающих эмоций, которые испытывает его хозяин, — рад, что ты согласилась со мной встретиться.

— Здравствуй, — отвечаю кратко.

Говорить о собственной радости желания нет.

Не люблю врать.

— Забирайся, — Цикал распахивает заднюю дверь гелика, не сомневаясь, что я тут же выполню его пожелание.

Остаюсь на месте.

Умом понимаю, что уже согласилась, что разговора нам по-любому не избежать. Он нужен не только ему, но и мне.

Отбросив обиды и негатив прошлого, отменить то, что Давид — отец моей дочери я не имею права. А если взять в расчет то, что кроме меня у моего золотка больше нет родственников, на которых она могла бы положиться, если со мной что-то случиться… нет, я не могу отказаться от разговора.

И всё же…

Сидеть вдвоем на заднем сидении авто — слишком сложно. Мало пространства. Довольно уединенно. Не уверена, что готова к этому.

— Мы могли бы поговорить в парке, — киваю в сторону небольшого зеленого сквера на противоположной стороне автострады.

А что? Хорошая идея, кстати.

— Шумно и слишком многолюдно. У меня есть другое предложение, — качает головой Давид, но большего не озвучивает.

Он так и стоит у распахнутой двери, ожидая моих действий.

— Я хотела бы поехать на собственной машине, — очередная попытка проявить самостоятельность."

"— А чем не устраивает моя? — густая черная бровь демонстративно медленно поднимается вверх, а в голосе явно слышится подначка. — Не доверяешь?

Хороший вопрос.

Вот только… говорить правду — глупость с моей стороны.

— В шесть я должна вернуться, — сдаюсь, понимая, что сама затягиваю встречу, а время и так не резиновое. — Мне дочь из сада забирать.

— Сделаем, — звучит уверенно.

И вот такой ответ, подразумевающий под собой «мы», а не «ты» напрягает.

Что же ты задумал, Давид?

Глава 6

ЮЛЯ

— Зачем мы здесь? — уточняю, повернувшись к Цикалу, когда машина паркуется возле дверей ювелирного салона.

Молодой охранник, тот что сидел на переднем пассажирском сидении, выходит на улицу и распахивает дверь с моей стороны, предлагая руку.

За время поездки мы не перекинулись с ним ни словом. Он молчал, лишь время от времени прожигал меня нечитаемым взглядом.

Не видела, но чувствовала. Так с первого дня знакомства повелось. Стоило ему обратить на меня внимание, как по коже словно кисточкой кто-то проводил. А самообладание летело коту под хвост.