Тринадцатый XII

— Позвольте спросить?

Я уже понимал, что ему интересно.

— Источник сильнее тела, — я ответил, как есть. — Поэтому у Градимира нет реального тела, это лишь магия во плоти. А Пожирателя душ не выдержал даже носитель первоисточника.

А вдруг поможет.

— Судя по вашему внешнему виду, вы долго укрепляли тело физическими упражнениями. Но оно всё равно не в состоянии совладать с вашим источником, — рассуждал мужчина.

Он показался мне достаточно способным магом для своего возраста. По крайней мере, мои целители ничего нового не предлагали.

— Вы развивали магию, укрепляли источник и каналы. Но можно укрепить магией и тело.

— И как это сделать?

— У меня есть методика от получения лёгких внешних травм. Но пока я не соображу, что делать с внутренними органами. Здесь надо укреплять не снаружи, а изнутри.

— Толково говорите.

— Ваше императорское величество, если позволите дать мне неделю на размышления, я постараюсь переделать свою методику. Но не могу обещать…

— Я понимаю, — перебил я. — Есть возможность, но не гарантия.

— Да, — кивнул он.

— Надеюсь, вы понимаете, что это должно остаться между нами?

— Конечно.

После целителя я отправился в выделенный мне дом. Даже слуг оставили, удобно. Я занял большую спальню, и целый час лежал в ванне, вода в который окрасилась в зелёный от бомбочек. Но жжение сразу ушло. А через какое-то время и вовсе прошло.

Когда я вышел, от ожогов не осталось ни следа.

Но прохлаждаться времени не было, и я отправился во двор. Полковник уже привёл сюда провинившихся и контактировавших с ними.

Сперва я восстановил дар пострадавшим. Среди них оказался только один залётный простолюдин, которому касание никак не навредило. Остальные были магами из этой части, и теперь им предстоит получить наказание от полковника.

А десятка пошедших менять дар добровольно уже были спасены и сейчас с полным осознанием стояли предо мной в линию.

— Ваше императорское величество, — внезапно обратился ко мне полковник и вытянулся в струнку.

— У вас есть предложения по наказанию?"

"Этих на фронт мне отправлять не хотелось, в отличие от спасённых у моего дома.

— А как же, — хитро улыбнулся полковник.

Впервые я заметил хоть какую-то эмоцию на лице Смирнова. Уж не садист ли он часом? Сейчас и узнаем.

— Слушаю вас, — кивнул я.

— А я их туалеты в казармах отправлю мыть до конца войны.

— Справедливо, — кивнул я.

Значит, не такой уж и садист.