Третье правило дворянина

Игнатьев решил, что удобнее всего ему будет ближе всего к Императору, поэтому занял кресло возле стола Романова.

— Как вы думаете, зачем я вас вызвал? — спросил Николай Александрович.

— Зная вашу деятельную натуру, Ваше Императорское Величество, даже не стал пытаться догадываться, — соврал ему Ворон.

— Ой, темните, герцог! — шутливо погрозил ему пальцем Романов. — Но не буду вас долго томить, наверное, у вас и без того голова пухнет. Скажите, вы хорошо помните обстоятельства по делу Соколова Михаила Федоровича?

— Разумеется, — кивнул Игнатьев.

 — Вас интересует что-то конкретно?

— Да. Сегодня я имел честь беседовать с его сыном и у него есть подозрения насчет намерений отца, — Император внимательно посмотрел на герцога. — Вы же, как глава тайной канцелярии, должны знать, что имеет в виду молодой человек?

— У меня есть некие соображения на этот счет, — ответил Ворон.

— Вот и хорошо, — откинулся в кресле Николай Александрович. — В таком случае, потрудитесь поделиться ими со мной.

Глава 5

Вот чем мне не понравилась Москва, по сравнению с Саратовом, так это заторами и расстояниями.

Пока смотаешься в центр по делу и вернешься обратно в Барвиху — целый день проходит. Нужно будет серьезно задуматься над покупкой вертолета, слишком много времени теряю на всякую ерунду.

После завтрака с Романовым, я еще заехал в пару торговых центров и к тому моменту, когда вернулся домой, меня уже дожидался бывший поверенный нашего рода — Тимофей Александрович Заплатин."

"В моих воспоминаниях он отложился как зрелый энергичный мужчина, на вид которому было чуть меньше шестидесяти.

Должен сказать, что за прошедшие два года он изменился очень сильно. Причем совсем не в лучшую сторону, так что меня встретил уставший старик, со слезящимися глазами и неуверенной улыбкой. Как быстро, при определенных обстоятельствах, людей меняет время.

После встречи, он довольно тепло поприветствовал меня и даже прослезился, заметив, что я стал как две капли воды похож на своего отца. Ну а затем мы сели ужинать. За едой мы о делах не говорили вовсе и он заполнял паузы забавными историями из детства Соколова.

Ни одной из них я припомнить не мог, так что послушал с большим интересом. Оказывается, будучи ребенком Владимир любил пошалить.

После ужина мы расположились с Заплатиным в моем рабочем кабинете. Он с коньяком, а я с бутылкой ликерного вина. Чего-то вдруг сладенького захотелось. Мы разместились в уютных креслах напротив камина, между которыми стоял небольшой столик с напитками.