Травница для дракона. Зелье или жизнь (СИ)

Коридор вывел нас к высоким позолоченным дверям, на которых поблескивал небольшой единорог, выложенный камнями, похожими на драгоценные. По обе стороны двери навытяжку стояли два парня, одеты в неприметную тёмную одежду и держащие короткие мечи.

При виде Тайрона они аж подскочили на месте и прижали кулаки к груди.

– Господин капитан! – в унисон гаркнули они.

Он только небрежно кивнул им, и они заметно расслабились.

Аллатристе распахнул дверь, и я увидела уютную спальню в бежево-розовых тонах. На середине комнаты стояла огромная кровать под кисейным балдахином, а в ней лежала маленькая девочка.

При виде неё у меня тут же болезненно сжалось сердце от жалости.

Глава 5"

"Девочка была очень бледненькой, а её кожа даже при визуальном осмотре напоминала сухую бумагу. На маленькой лице выделялись огромные серые глаза, кажущиеся ещё больше из-за глубоких тёмных кругов под ними.

Скулы у девочки выдавались вперёд, а губы были обветренными и потрескавшимися. Вдобавок, мне очень не понравились тёмно-розовые пятна, виднеющиеся около ушей и в уголках губ.

Когда мы вошли, девочка с явным трудом приподнялась, обнимая своего плюшевого мишку, и прошелестела слабым голосом:

– Братик? Это ты?

Тайрон без лишних слов кинулся к ней и опустился около кровати на одно колено. Поддержал за спину и бережно, но настойчиво, помог лечь обратно.

– Не вставай, Звездочка, – мягко проговорил он. Это ласковое слово в его исполнении прозвучало так неожиданно, что я поразилась тому, что этот суровый капитан, оказывается, способен и на такие нежности, – отдыхай.

И, обернувшись, кивком указал на меня. Девочка нашла меня глазами и попыталась улыбнуться. Я почувствовала, как глаза защипало от жалости, но заставила себя ласково улыбнуться в ответ и помахала ей.

– Очень приятно, – мягко сказала я, – меня зовут Марга… в смысле, Гвендолин. А тебя?

Девочка попыталась что-то ответить, но Тайрон покачал головой, что-то шепнул ей и поднялся. Повернулся ко мне.

– Её зовут Фрея, – сухо сказал он, вновь став самим собой, – не надо мучить её расспросами.

Точно, Фрея. Это имя я уже слышала, кажется, как раз от противного Франтишека.

Он сам тут же напомнил о себе. Пихнув – явно нарочно – меня плечом, он подошёл к кровати принцессы и, склонившись над ней, положил ей руку на лоб.

– Она уже пила отвар сегодня? – шёпотом, который каким-то непостижимым образом тоже прозвучал визгливо, спросил он у Тайрона.