Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Ступени были влажными от сырости и скользкими. Приходилось выверять каждый шаг, а то так и лодыжку можно подвернуть, или вовсе свалиться вниз, прямо под ноги мажордома. И хорошо если в процессе не сломаешь шею.

Шли в полной тишине. Переговариваться было опасно — услышат. Эхо в подвал разносилось далеко.

Периодически лестница сворачивала, огонек свечи исчезал, и мы оставались в полной темноте. В такие моменты сложно было не паниковать и очень хотелось броситься назад — к выходу.

Но тут на помощь пришла Аннабель.

В конце концов, наше упорство было вознаграждено — мы добрались до конца лестницы. Мажордом был уже далеко впереди, сейчас я четко видела его фигуру. Все благодаря факелам, горящим на стенах через равные промежутки.

Мажордом оставил свечу у лестницы. Теперь у него в руках было лишь наполненное чем-то ведро. С такого расстояния я не могла различить, что именно он несет.

Подвал представлял собой огромный зал, размерами не уступающий бальному во дворце. Высокий потолок, каменные стены и земляной пол. Я словно угодила в древне-египетскую гробницу. Не хватало только росписи на стенах и позолоченного саркофага.

Впрочем, здесь было кое-что покруче. Кое-что живое. Оно шевельнулось в ответ на приближение мажордома, и я, открыв от удивления рот, оценила его размеры.

Я ошиблась, когда предположила, что рычал кто-то большой. Вовсе он не большой.

Теперь понятно, зачем мажордом ночью бродит по подвалу и что находится в ведре. Он кормит это, чтобы оно не сдохло от голода.

Чудовище вздохнуло, и в воздух поднялись клубы пыли и песка. Сквозь эту массу я едва разглядела морду, когда существо подняло ее с пола. Все, что я увидела — шипы и чешую, а еще горящие красным глаза. Каждый размером с мою голову.

Лязгнули цепи, когда существо повернулось. Похоже, оно приковано.

Мажордом обернулся на звук и заметил меня, но мне было уже плевать. Я не могла отвести взгляда от чудовища. А оно раскрыло пасть… и раздался вовсе не грозный рык и даже не жуткое клацанье зубами, а протяжный, полный боли и тоски вой. Такой, что душу выворачивает наизнанку.