Сердце полемарха

Глава 12

Лёжа у себя на кушетке, думала обо всём произошедшем, а чтобы не встречаться со странными взглядами наложниц, явно пытавшихся сделать во мне множество прорех, повернулась к стене, с головой накрывшись тонким пледом.

Итак, я исцелила рану девушки буквально наложением рук. А если вспомнить о том, что мне сказала Ирина, то это, как минимум, высший доро лечить прикосновением - дар местных Богов за выдающиеся достижения. Которых в этом мире у меня нет. Не успела ещё.

Лекарь Иринеос смог просканировать девочку, а это значит, что он - ходячий живой рентген, пусть лечить наложением пока не может.

Как всё сложно-то.

А, может... И тут меня осенило: я из другого мира, весь опыт и знания перенеслись вместе с душой, возможно ли такое, что всё ранее достигнутое засчиталось и здесь?

Вполне. Иного объяснения я просто не нахожу, а это самое очевидное, лежит буквально на поверхности. Посему мне нужно быть вдвойне осторожной. Откуда-то пришло понимание, что пока стоит держать язык за зубами, сейчас у меня нет никаких прав и свобод, меня просто посадят в клетку и будут пользовать все, кто готов заплатить приличную сумму золотом за лечение.

И я не уверена, а вдург это была разовая акция? Способности проснулись на адреналине и больше себя не проявят, пока не пройду все ступени к высшему доро? И так может случиться.

Слишком много неизвестных.

Почувствовала сверлящий ненавидящий взгляд в районе затылка, но даже не пошевелилась, чтобы выяснить, кто бы это мог быть.

Рабочий день давно закончился. Все наложницы уже сходили на ужин. Вот ещё, какая странность приключилась: как только старшие из нас поели, как обычно насвинячив, и вышли вон, ко мне подлетели мальчишки-рабы, усадили на чистую кушетку, вынесли несколько свежих блюд, горячих и одуряюще пахнущих, поставили передо мной и низко поклонились.

Младшие девушки смотрели на всё это представление, приоткрыв рот, но ни одна не сказала и слова против. Я, конечно, удивилась, но не настолько, чтобы отказаться от угощения. Просто предложила им всем присоединиться ко мне. Это удивило молодых женщин ещё больше, чем моя помощь рабыне, впрочем, никто из них не отказался.