Сердце полемарха

- Нет, - заупрямился тот и поспешил следом, стараясь подстроиться под широкий, уверенный шаг Геракла, получалось плохо и в итоге Перикл замер посреди прохода, - стой! Алкей, сейчас заложат колесницу, будет быстрее и удобнее.

- Пусть так, - согласно кивнул Геракл.

Путь до асклепиона действительно не занял много времени. Не успели они войти вглубь здания, как им навстречу вышел гиатрос Лазарус.

- Повелитель! - низко поклонившись Периклу, он выпрямился и продолжил, - приветствую вас в стенах священного асклепиона! У меня для вас плохое известие!

- Говори, не тяни! - раздражение так и звучало в усталом голосе повелителя Афин.

- Полемарх Стратон погиб! Госпожа гиатрос Аглая предпочла вылечить врага афинян, мерзкого спартанца, посмевшего напасть на ваш дом и угрожать вашей жизни!..

- Не смей! - не успел Лазарус договорить, как его горло сдавили железные пальцы Геракла. - Не смей наговаривать на человека, которого сейчас здесь нет.

- Ккхаа, - только и смог вытолкнуть из себя гиатрос, его глаза были полны дикого страха, дыхание со свистом вырывалось из глотки.

"- Выслужиться решил? - продолжал Алкей-Геракл, - женщина-рабыня выше тебя по положению, имеет третий доро, а ты должен ей прислуживать? - Геракл видел насквозь душу этого мелкого человечка и из глубин его существа поднимался самый настоящий всепоглощающий гнев.

- Алкей, - на его плечо легла рука стратега, - оставь. Мы разберёмся, что там было на самом деле. А вот то, что полемарх Стратон всё же не пережил эту битву - очень печально.

Геракл-Алкей с трудом заставил себя разжать пальцы и посиневшее лицо лекаря тут же стало красным, он судорожно начал хватать широко раскрытым ртом воздух и со страхом, затаённой ненавистью уставился на неизвестного ему, чудовищно сильного воина.

Но Алкей уже не смотрел в его сторону, он стремительно шагал в сторону абатона. Зайдя внутрь помещения, осмотрелся.

- Найдите молодого перса, переодетого в спартанца.

Алкей-Геракл пробежался глазами по лежащим людям, его внимание привлёк мужчина, которого он видел у входа в Акрополь.

- Но ведь ты должен был погибнуть? - спросил его Геракл, подойдя к стражнику. - Я видел твои страшные раны.