Семь Нагибов на версту часть 4

Нет, в особые подробности я не вдавался, но когда она услышала, что у меня в компании целая принцесса, знатно приохренела. Я заверил ее, что мы только друзья, и ничего такого. С остальными не только друзья, но еще и попутчики, которые и спинку потрут в ванне, и её же в бою прикроют. Впечатлилась.

Кстати, у нас же во всех ключевых точках были свои дома, где меня должны были встречать с почтением и целованием задницы, а я все по гостиницам мотаюсь! Начисто забыл об этом, и никто, ни одна сволочь не напомнила! Так, что там меня ждет в Льене?

Полез в сеть — прекрасный дом, замечательный дом с видом на горы! Беру.

Ангел все это время следила за моими манипуляциями, потому как все это я делал на машинном планшете, который был с большим экраном.

Заметив ее взгляд, я прошелся по фото с помещениями, сделав акцент на спальне, ненавязчиво увеличив кровать, будто что-то на ней рассматриваю. Та намек явно поняла и, отвернувшись, заалела ушками.

Ресторан «Poisson et viande», а по-нашему «Рыба и мясо», встретил нас предупредительно распахнутыми дверями и затянутым во фрак швейцаром. Наша одежда чуть не дотягивала до дресс-кода, зато мои гербы на ней, перебивали любые возможные возражения. По причине наступившего вечера, когда весь местный бомонд начинает тусовку, ресторан был забит под завязку, но для нас место сразу нашлось.

«Шато Бриен» осьмнадцатого года полилось в бокалы, нежнейшее каре ягненка под соусом демиглас — я гурман, говорил же, да?

Амалия взяла мясо краба с белыми грибами и нежным запеченным картофелем — божественный вид и вкус.

С легким звоном наши бокалы соприкоснулись, и мы выпили за начало знакомства. Иногда я ловил на себе взгляды посетителей ресторана, но не обращал на них внимания. Однако больше смотрели на Амалию, видимо, гадая, кто она такая и с чего бы ей выпала честь находиться в моем обществе.

Ну да, я граф, и даже не князь, но наш статус лишь на одну ступеньку ниже императорского, поэтому мы относимся к высшей аристократии империи.

Амалия смущалась и старалась не смотреть по сторонам, больше пялясь в тарелку. Поэтому и не заметила, что, когда нам принесли десерт, практически вместе с ним к нашему столику подошел дородный мужик человеческой наружности.