Сдам угол в любовном треугольнике (СИ)

И чем ближе она оказывается к «рыбаку», тем сильнее притяжение, тем быстрее двигаются её ноги…

— Ну наконец-то! — раздражённый женский голос заставил девушку подпрыгнуть на месте и резко развернуться. — Ты обязана была появиться ещё час назад!

Натка с изумлением смотрела на стройную темноволосую девушку, одетую в странный наряд — приталенную рубашку, поверх которой что-то вроде мягкого корсета со шнуровкой спереди и брюки.

Наталья едва не протёрла глаза — точно, брюки! Правда, поверх них надето нечто, отдалённо напоминающее юбку-клеш с широким поясом.

Наталья продолжила осмотр: итак, тёмные, явно из одинаковой ткани, штаны и юбка. Рубашка на пару тонов светлее, чёрный корсет.

— И долго ты собираешься меня разглядывать? — возмутилась незнакомка.

— Я…

— Ты — Ведьма? — насторожилась незнакомка.

— Я? Ведьма! — а что ещё она могла сказать? Живёт в Ведьмином Доме, да и Лёня велел представляться Ведьмой, если кто-то встретится и спросит. Обещал, что после этого ей поклонятся до земли и поспешат исчезнуть.

Незнакомка кланяться и исчезать не собиралась.

— Так приступай!

Натка, как под гипнозом, повернула в сторону и шагнула.

— Стой! Придурошная, что ли? Тут пострадавший! Не хочешь осмотреть и стабилизировать его состояние для начала? А то, боюсь, не дотянет он до твоего Дома.

Наталья замерла и медленно обернулась.

— Да знаю я, что Ведьма лечит только у себя, — с досадой произнесла незнакомка. — Да уж больно медленно ты на зов шла, я боюсь, что Адриан совсем обессилел. Поддержи его, и поспешим к тебе, там долечишь.

Натка проследила за взглядом странной девушки, и охнула, разглядев, что на траве кто-то лежит.

Осторожно приблизившись, она нагнулась над телом — молодой мужчина, дыхание еле заметно, цвет кожи такой же, как румянец у мачехиной дочки из фильма «Морозко». Свекольный такой… Жаркий… Никак, тепловой удар у страдальца? По всему видно — парень пытается помереть, но эта юбкобрючная не хочет его туда отпускать.

— Почему он на солнцепёке? — неожиданно для самой себя перестала трястись Наталья.