Радужная пони для Сома (СИ)

Проведать…

В универе отпаиваюсь энергетиком пополам с кофе, отлавливаю недовольного Лексуса.

Оно и понятно, с чего ему быть довольным: Алька, судя по всему, окончательно в утиль отправила, и молодец, красава. А Маринка, наоборот, прилипла, как конский клещ к жопе. И на роже Лекса сейчас прямо скорбь и дикая работа мысли: как вернуть Альку и одновременно не выглядеть говном, под ее ногами растекшимся.

Очень тяжелая задача, нереальная. Удивлюсь я, если Лекс справится.

Мне-то явно полегче.

Спамлю Радужку всякой фигней.

Ее и в универе нет, я спецом ходил смотрел в группе ее. Это и понятно: молоденькая, неопытная, пить не умеет… Страдает сейчас, наверно.

Алька-то все посильнее будет. К тому же у них сегодня Рашидовна, а мы у нее хоть и не учились, слава богам, но очень наслышаны. Там за пропуски ебут так, что потом на всю жизнь от секса блевать будешь.

Алька бледная, но вполне живая.

Я вижу ее в коридоре у библиотеки, киваю Немому, чтоб со мной подошел, поговорил, спасибо сказал…

Но тут появляется Лекс и утаскивает девчонку с глаз долой.

А она и не сопротивляется.

Переглядываюсь с Немым:

— Нихера себе… Помирились, значит?

Рядом фыркает Маринка, тоже эту сцену пронаблюдавшая:

— Да прям, таскается просто она за ним. Вообще никакой гордости…

— Да ты б свисток перевязала насчет гордости, малыш, — ласково улыбаюсь я девке, — и Лексу отсасывала почаще, а то совсем парень заблудится скоро… И не у тебя между ног.

Мне вся эта ситуация ржачна, хотя в Альке слегка разочарован. Второй раз наступать в говно по имени Лексус… Это надо обладать особым мазохизмом. Немой молчит, взгляд стеклянный, напряженный чего-то такой.

И сам он весь, словно к броску готовится, смотрит неотрывно на тот угол, за который Лекс Альку утащил.

У меня по итогам наблюдений начинает формироваться мысль, но додумать ее я не успеваю, из-за угла сначала показывается Алька, нервно поправляющая одежду, а за ней Лекс с недовольной рожей.

Они видят нас и застывают на полмгновения. А затем Лекс начинает играть на благодарную публику, лапать Альку, прощаться, типа они только что сладко тискались в нише, и все путем.

Алька, диковато глянув на нас, вырывается и отшатывается в сторону библиотеки, а Лекс, проходя мимо нас, довольно лыбится, дает мне пять, самодовольно топает дальше.

Ну и мы за ним, само собой.

Вилок что-то у него спрашивает, я не особо вслушиваюсь.