Призраки Марта

Сколько же прошло времени, если гильдия всполошилась?

– А если они почувствуют? – вновь испуганно заговорила женщина. – Они же маги.

Мужчина пренебрежительно фыркнул.

– Не почувствуют. Мы вместе рисовали запирающие знаки. Уже почувствовали бы, если бы могли. Вон как тот белый вынюхивал, даже усы шевелились, как у собаки-ищейки.

Выходит, сам Ризаль отследил его маршрут.

Женщина снова всхлипнула.

– Не реви, – одернул мужчина.

– Это неправильно, – плакала та. – Он ничего тебе не сделал. За что ты его? Он же младше тебя, совсем мальчишка.

– Нашла кого жалеть – черного.

– Ты бы видел, как он бился за ту девочку, хотя мог изжарить ее в два счета.

– Видел, – бросил коротко и зло; затем обвинительно: – Ты дала ему нож.

Плач женщины перешел в рыдание, даже половицы задрожали.

– Зачем ты это делаешь? – донеслось сквозь всхлипы. – Кто ты? Ты не мой сын!

– Он самый… мама.

У Мартина ногти впились в ладони. Это же надо было быть таким идиотом! В документах значилось, что призрак самоубийцы не проявился.

Вот почему, когда заговаривал мужской голос, смолкали женские всхлипы. Вот почему скрипел только один стул. Вышагивала только одна пара ног.

Гелена Роуг и была одна – физически. А в ее теле жили двое: мать и сын.

Ясно, почему ни Март, ни другие маги не почувствовали в ней «подселенца» – кровное родство прячет следы. Если человек добровольно впускает в себя дух кровного родственника, то аура не меняется, а магический фон не искажается.

Оставалось непонятным лишь одно – что же они сделали, если пробудили нежить с кладбища. Родство родством, но магией не владели ни мать, ни сын.

– Давай прекратим, пожалуйста, – взмолилась женщина. – Ты меняешься, тебе становится хуже. Я люблю тебя, но ты должен уйти!

– Заткнись! – Хлопок, будто кулаком по столешнице.

Покатилась посуда, упала на пол, разлетелась осколками.

Плохо. Если сын начинает швырять предметы, используя тело матери, а не только нашептывая ей, что делать, – значит, он становится сильнее.

Мартин размял пальцы и удовлетворенно отметил пробежавшие между ними черные искры магии. Может, запирающие знаки, которыми эта парочка изрисовала погреб, и прячут магический фон от любопытных глаз, но против грубой силы картинки не помогут.

Недолго думая, Март лег на пол, упер ноги в «полоток» и ударил.