Предатель. Ты не знаешь о сыне

И даже разговаривать с тобой больше не буду!

— За мужика перестанешь держать? — изогнул он одну бровь и всё же поймал меня, прижав к своей груди. В бедро мне упёрлось его очень сильное желание… — Сейчас буду доказывать тебе, что я — мужик.

— Да… Архип! — уворачивалась я от его наглых поцелуев. — Я же не о том. Отстань! Я не хочу больше.

— Хочешь, — заявил он, утянув меня за собой прямо на палас гостиной.

— Хватит, говорю! — попыталась я скинуть его с себя, но не тут-то было — Ветров прижал мои руки к полу и заставил снова испытать целую лавину ласк и удовольствия…

После второго занятия любовью прямо посреди гостиной мне стало ещё более стыдно.

Я только что корила себя за слабость, и опять подчинилась ему, опять позволила ласкать себя и…брать. И жестко, и мягко, до стонов и цветных кругов перед глазами, до сладкой дрожи по всему телу и не менее сладких судорог на финишной прямой. Нет, такого с Никитой я не испытывала. С Архипом у меня просто летят искры из глаз, каждый раз кажется, что это всё слишком на грани, он меня убьёт или съест, или замучает, но…мне это нравилось.

Никогда не думала, что мне понравится вот так: жёстко, с моими волосами, намотанными на его кулак, и прижатыми к полу руками…

От этой мысли и своей, как оказалось, похотливости, стало ещё более стыдно.

Я просто не понимала, как теперь поеду домой и что вообще буду делать теперь.

Мой брак был разрушен сегодня сначала на диване, потом на паласе…

Но как я буду жить дальше? Мне надо будет подать на развод?

Наверное, надо.

А Костик? Как с ним быть? Он ведь привязался к Никите, и Никита — к моему сыну.

Господи, ну почему так всё запутанно? Как найти выход из этой ситуации?

А всё Ветров…

Гад, козёл!

Ненавижу.

Ну почему я с ним такая податливая?

Ещё и презервативов ни у кого, естественно, не оказалось.

Придётся завтра рано утром до самолёта смотаться в аптеку. Мне не нужны последствия и, тем более, ещё дети от Ветрова. Хватит, уже есть один…

Архип просто не отпускал меня, понимая, что больше подобного я не допущу, что больше наедине мы не окажемся. Ни в какие командировки я с ним больше не поеду, естественно, и вообще планирую уволиться к чёртовой бабушке по приезду домой, чтобы только с ним не пересекаться.