Предатель. Ты не знаешь о сыне

Насчёт Владимира я пояснила лишь потому, что не хочу, чтобы ты считал меня некой проституткой, какой я была для тебя все эти годы. Считал же?

Архип молча поджал губы. Потом всё же ответил:"

"— Ты была, и есть… Красивая. Ничего удивительного в том, что мужчины захотели бы обладать тобой, нет. И что ради этого они готовы были покупать тебе квартиры, машины и прочее — тоже.

— Но ты ведь знаешь, что я никогда не была нахлебницей и не стремилась к таким мужчинам.

— Речь не о тебе, а о них.

— Нет, обо мне, Архип, — покачала я головой. — Ведь это я по твоей логике всё это готова была принять. А я не такая. Я не продаюсь, ты знаешь. Мою любовь можно заслужить лишь одним — любовью и верностью. Как это сделал Никита. Не за его машины и квартиры я вышла замуж, а за любовь и верность. Чего мне не смог дать ты, Ветров. Только пел всё о любви, а в итоге… Пшик. Ты знаешь, я думала, что ты меня уже не сможешь разочаровать ещё сильнее. Ну, потому что просто некуда больше.

Я попыталась пройти мимо него к себе, но он не пропустил — перегородил дорогу собой. Я едва не врезалась в его широкую грудь. Подняла глаза и встретилась с его пронзительным взглядом. Запах, такой одновременно знакомый и чужой, проник в меня, отравляя, обездвиживая… Мне бы уйти, но не получается.

— Дай мне пройти, Архип, — выставила я руки вперёд и надавливая на его плечи, не хотела давать ему снова приближаться к себе.

Я помню свою ненормальную острую реакцию на него и пыталась не позволить снова взять над собой верх хотя бы на минуту. Он слишком волнует меня, он слишком… Я хочу этого предателя. Но никогда не признаюсь в этом ему и не допущу близости. Его тоже обуревает такая же страсть, как вчера, и он смотрит на меня так, что я завожусь с пол-оборота.

Мы уже не юнцы, а два сексуально зрелых и развитых человека, мы точно чувствуем, чего хотим друг от друга. И будь бы мы в мире животных, уже точно предались бы дикой страсти, словно лев и львица, прямо здесь и сейчас. Но мы же не звери, у нас есть мозг. И мой мозг очень протестует против подобного… Против даже мыслей об этом.

— Не смей прикасаться.