Ответный удар

– Могло ли случиться так, что показания всех жизненных функций исчезли с экрана одновременно из-за неисправности аппаратуры?

– Нет, – вынужден был согласиться Жеребкинс.

– Какова вероятность такого события?

– Один шанс на миллион, – с несчастным видом произнёс технический советник.

Сул пытался разобраться в клавиатуре.

– Если у тебя не хватает храбрости, кентавр, я сам это сделаю.

Он ввёл пароль и привёл в действие детонатор в шлеме Элфи. На крыше мюнхенского отеля шлем исчез в облаке кислоты. Теоретически то же самое должно было произойти с телом Элфи.

– Вот и все, – удовлетворённо произнёс Сул. – Её больше нет, и мы можем спать спокойно.

«Только не я, – подумал Жеребкинс, в отчаянии глядя на экран. – Лично я не скоро смогу спать спокойно».

Темпль Бар, Дублин, Ирландия

Артемис Фаул очнулся от полного кошмаров сна. В них странные красноглазые чудовища распороли ему грудь похожими на ятаганы клыками и пожирали его сердце. Он резко сел на короткой койке и машинально коснулся ладонями груди. Его рубашка заскорузла от засохшей крови, но никакой раны не было.

Артемис сделал несколько прерывистых глубоких вдохов, чтобы усилить приток кислорода к мозгу. «Оценивай ситуацию, – так всегда говорил Дворецки. – Если оказался на незнакомой территории, ознакомься с ней, прежде чем отрывать рот. Десять секунд наблюдения могут спасти тебе жизнь».

Артемис осмотрелся, хлопая веками, как затвором фотоаппарата, подмечая малейшие детали. Он находился в небольшом чулане площадью примерно три квадратных метра.

Одна стена была полностью прозрачной и, судя по всему, выходила на набережные Дублина. Судя по положению моста Тысячелетия, комната находилась где-то в районе улицы Темпль Бар. Сама комната была построена из какого-то странного материала, похожего на серебристо-серую ткань, жёсткую и одновременно эластичную. На непрозрачных стенах Артемис увидел несколько плазменных экранов. Несмотря на наличие высокотехнологичной аппаратуры, комната выглядела старой, словно заброшенной несколько лет назад.

В углу на стуле, сгорбившись, сидела девочка.

Она обхватила голову обеими руками, и плечи её тряслись от рыданий.

Артемис тактично откашлялся.

– Девочка, почему ты плачешь?

Она резко выпрямилась, и он сразу понял: это не совсем обычная девочка. Вернее, совсем не обычная, как если бы она была вовсе не человеком.

– Остроконечные уши, – с поразительным хладнокровием заметил Артемис. – Протезы или настоящие?

Элфи едва не улыбнулась сквозь слезы.

– Узнаю Артемиса Фаула.