Осколки разбитых иллюзий (СИ)

Я не могу определить по его голосу — злится ли он? Не нахожу в глазах никаких знакомых мне эмоций. В его зрачках лишь моё отражение."

"— Впервые он дал о себе знать, когда отправил мне букет цветов после встречи с Мартыновым. Я не понимаю, почему сейчас, почему молчал столько времени, — не сдерживаю злость, вскипаю. — Он вдруг стал требовать, чтобы я заплатила ему за молчание. Грозился рассказать тебе, что я жила с ним. Я игнорировала его, а вчера чётко дала понять, что меня не пугают его угрозы. Фотография — это месть от него.

Закончив рассказывать, чувствую, что полностью опустошена и вымотана. Я безумно устала.

Смотрю на свои руки, сжатые в ладонях Адэма.

Жду, что он что-то скажет. Спросит ещё о чём-то. Но он молчит. Я не понимаю, поверил он мне или нет.

— Адэм, — произношу его имя.

Хочу спросить у него, верит ли он мне, но мою речь обрывает звонок мобильного.

Адэм встаёт на ноги. Взяв с дивана свой пиджак, вытаскивает из кармана мобильный. Смотрит на экран, потом на меня.

— Рустам, — говорит он в трубку.

— Да, — слушает какое-то время молча.

— Нет, — отвечает через пару секунд. — я в Дубае, а что?

Разговаривая с братом, он отходит в сторону. Я оборачиваюсь вслед, прислушиваюсь.

— Да. Хорошо. Естественно, я прилечу, если это требуется. Ладно, вылечу первым ближайшим рейсом.

Сбрасывает звонок и тут же начинает набирать кого-то. Настораживаюсь, встаю на ноги. Сердце начинает колотить от волнения. Адэм куда-то должен лететь.

— Что такое? — спрашиваю у него. — Зачем Рустам звонил, куда ты должен лететь?

Он показывает мне жестом подождать одну минуту.

— Нармин, мне срочно нужен билет на самолёт. Нет, ближайший доступный рейс. Нет, не важно каким классом. Да, из Дубай в Варшаву. Ближайший это значит ближайший! — вскипает он, отключается.

Начинает думать о чём-то, не замечая меня.

— Адэм, ты объяснишь, что происходит? Это связано как-то с делом отца?

— Да, — кивает. — Возвращаемся в номер.

Схватив футляр с подарком для Азры я следую за ним.

— Ты объяснишь, почему тебе нужно отправиться в Польшу? — спрашиваю его, когда мы заходим в лифт и едем вниз на наш этаж. В висках начинает пульсировать, сообщая о начале головной боли.

— Дамлу Озаки нашли, но она сказала, что будет разговаривать только со мной, — роясь в телефоне, говорит он.

Я вижу, что он просматривает расписание рейсов.