Не пара

Надо же, оказывается, он все знает о похождениях Марины и смотрит на это сквозь пальцы! Нет, как он сказал? — приглядывает и если ее жизни и здоровью ничего не угрожает, то не вмешивается. С ума сойти, он бы так не смог.

Влад вспомнил Катюшку и неожиданно почувствовал, как в груди разливается тепло — его девочка. Совсем-совсем его, родная капелька, смешной человечек, такой искренний и открытый!

Блин, он что, скучает, что ли? Аська, ну, мы и дураки же оба. Он, конечно, дурак в квадрате, потому что мужчина, с него и спрос больше и ответственность выше, обязан был предусмотреть и сберечь.

"Какое счастье, что Кате до кавалеров еще лет десять расти, а если он постарается воспитать в правильном ключе, то и все пятнадцать. Влад поймал себя на мысли, а вдруг когда-нибудь его Катюша встретится вот с таким, как он сам? И тот будет ее гнуть и строить, гадости перед приятелями наговорит, условия ей поставит? Что-то звериное заворочалось внутри при одной этой мысли нет, он не допустит такое! Говнюку просто ноги повыдергивает и отпустит… С десятого этажа головой вниз.

Ладно, хватит сидеть, надо в душ и спать, утро вечера мудренее.

— Владик! — обрадовалась Татьяна Николаевна. — Уже освободился? Сейчас ужинать будем!

— Нет, мама, спасибо, я не голоден.

— Но как же, нельзя ложиться на пустой желудок! У меня все готово!

— Нет, я спать, очень устал. Не обижайся.

Как добрался до кровати, он и не помнил толком, его будто выключили.

Утром проснулся совершенно отдохнувшим и счастливым — сон приснился, такой, необыкновенный, очень правильный сон!

Только успел умыться, как позвонил отец.

— Влад, ты у матери?

— Да. И тебе доброе утро.

— Ты какого хрена к Земову сунулся? Да ты понимаешь, что он теперь с нами может сделать?

— Не ори, — спокойно ответил Владислав. — Тебя никто в койку силком не тянул, нашкодил — убирай сам. Анатолий Викторович предложил за его счет слетать в Берлин, сдать анализы, если подтвердится, что ребенок не наш, мы будем свободны от любых обязательств.

— Говорил, — пробурчал отец. — Давление поднялось, так перенервничал.

— Давление поднялось — это не страшно, — подколол Влад. — Главное, чтобы кое-что другое на кого попало не поднималось, а давление мы вылечим, не волнуйся!

— Ты еще ёрничаешь!

— А что, плакать, что ли? Хотя, повод есть — родной отец пытался сыном собственные грешки прикрывать.