Не лезьте в душу к пацану

 – Нагрузили они тебя… А что менты говорят?

– Какие менты?

– Ну не те же, что на входе. На фото этих кадров снял?

– Да нет, как-то не подумал… А зачем?

– Затем, что в ментовской картотеке пробить надо было.

– Так это к отцу обращаться надо, а он по головке не погладит…

– Ганс, ты меня извини, но ты как был фарцовщиком, так им и остался, – усмехнулся Семен. – Мелко мыслишь. И на отца все надеешься. Надейся на него, только сам не плошай. У тебя серьезная контора, а к тебе ходит кто ни попадя. Начальник службы безопасности у тебя есть?

– Начальник охраны.

– Он выход на ментов имеет?

– Нет. Он в армии служил, прапором. Уволился, деваться некуда, ну, я его к себе взял. Мы с ним вместе росли. И отец его знает…

– Прапора склады охранять поставил? А курятника у тебя нет? Я бы тебе лису подогнал, чтобы она его охраняла…

– Гоша – нормальный парень, причем не хапуга. Он в десантуре прапором был, инструктором по рукопашному бою. Знаешь, как он машется!..

– Где он сейчас?

– Брат к нему приехал. Я его на пару дней отпустил.

– На тебя воры наехали, а он с братом бухает?"

"– А толку от него? Тут махаловом дело не решишь. Тут надо тонко… Ты вот как раз кстати появился. Как будто сам бог послал…

– Ага, послал… Куда подальше, – невесело сказал Семен. – Не дорос я до того, чтобы божьи дела делать. Грехов много. Но с деловыми разбираться буду. Япончика они лично знают… Грузины.

– Да нет, не грузины, славяне.

– Я в том смысле, что грузят… Знаешь, я, наверное, к тебе своих ребят отправлю. Прапор твой пусть остается, но на вторых ролях.

– Думаешь, придется? – завороженно посмотрел на него Ганс.

– Ты же знаешь, за мной не заржавеет. Пацаны у меня надежные, делом проверенные. Так что, если вдруг…

– Может, лучше на общак платить? Все-таки святое дело.

– А это ты сам решай. Я с такого расклада ничего не теряю, так что можешь и на общак… Только ты сам сказал, что руку по самое плечо отгрызть могут.

– Могут.

– Короче, решать тебе.

– Да нет, лучше без общака…

– Тогда будем решать. Когда эти деятели объявятся?

– Они мне три дня на раздумье дали.