Развод и девичья фамилия

Здравствуйте, Сергей Константинович, – вразнобой поздоровалась семья.

– Ты будешь… ужинать?

– Да, – Сергей выдвинул табуретку и сел поближе к Тиму. Подальше от греха, то есть от Киры. – Мне надо с тобой поговорить.

– Прямо сейчас?

Почему-то она решила, что говорить он хочет о них и о том, как теперь им жить. Не могут же они жить вместе! Они развелись сто лет назад! Один год два месяца и…

– Я собираюсь вечером поехать в Малаховку, – мрачно заявил ее муж, и Кира моргнула. Ничего подобного она не ожидала.

– Зачем?

– Мне нужно.

– Там не убрано, – обеспокоенно встряла Валентина, – мы еще не были там с зимы.

Тим ковырял курицу одной рукой. Другую он держал под столом, скрестив пальцы «на удачу» – хитрый и тонкий план работал! Третий день подряд отец приезжал к ним по вечерам и даже оставался ночевать, и мама – ничего, не злилась.

– Я тебе объясню, – пообещал Сергей Кире.

– Объясни, – согласилась она холодно. Ей было стыдно от того, что она решила, будто он хочет снова с ней жить и собирается говорить именно об этом.

– Сергей Константинович, – сказала Валентина и зашлась пунцовым девичьим румянцем, – относительно утреннего недоразумения я бы хотела разъяснить… я уверена, что на самом деле вы ничего такого не думаете, что… вы сказали, что я… бедного мальчика…

Сергей открыл было рот, но Кира под столом пнула его ногой, и рот закрылся.

– Я никого, никого не видела на лестнице и во дворе! – воскликнула Валентина истово. – Я была немножко… занята своими мыслями, кроме того… знаете, радикулит и аллергия… Моя аллергия – верный признак весны! Как хорек Фил на Индюшачьей горке предчувствует весну, так и…

– Сурок, – поправил осведомленный Тим, – день сурка, а не хорька!

– Да-да, сурок, Тимочка.

– Что, – вдруг спросил Сергей, – что вы сказали?

– Су… сурок, – выговорила бедная Валентина, – сурок Фил. Он предсказывает весну.

– Нет, – перебил Сергей, – до этого?

– До… этого? – пролепетала Валентина.

– Сереж, ты что?! – спросила Кира, заметив, что муж совершенно переменился в лице. – Что с тобой? Тебе плохо?

– Плохо, – ответил он злобно, – мне плохо.

– Может быть, воды? – всполохнулась Валентина и вскочила, чтобы немедленно начать его спасать. – «Скорую»? Тимочка, мальчик, иди в свою комнату! Кира, в холодильнике валокордин, справа, на полке.