Развод и девичья фамилия

Оказывается, он все забыл – как она пахнет, как дышит, какая у нее мягкая и гладкая кожа под подбородком, как бьется на виске синяя жилка, как теплеют прохладные щеки, и загораются мочки ушей с двумя серьгами в каждой, как она прижимается к нему, ногами, грудью, и он совсем перестает соображать, потому что он никогда не мог соображать рядом с ней, и как только они добирались до постели, он моментально терял всякий контроль над собой, и ей это нравилось, и она никогда его не останавливала, и, только пожив без нее, он понял, какая это, черт побери, редкость – такой сказочный, отчаянный, искренний секс, какой был у них все пятнадцать лет!

Они остановились одновременно.

– Мы не можем, – сказала Кира.

– Да, – согласился Сергей.

Дыхание чуть-чуть сбивалось, но он справится с ним.

Он был уверен, что справится. Еще бы он не справился!.. Вот сейчас и справится, через секунду!..

Он злобно потянул носом, ненавидя себя за слюнтяйство. Кира взяла его за руку, повернула и стала смотреть в ладонь.

– Почему ты ко мне пристаешь?

Потому что я тебя люблю, чуть было не ответил Сергей. Потому что я замучился без тебя. Потому что год – это очень долго, а мы не виделись гораздо больше, чем год. Мы перестали разговаривать и смотреть друг на друга задолго до развода. Потом мы возненавидели друг друга, но, кажется, это были не мы.

Или мы?

Кира взяла его за щеки и прижала лбом к своему лбу. Он старался не делать никаких движений, чтобы не увязнуть еще глубже, так, что не выберешься.

– Серый, я… так давно… ужасно давно…

– Давно, – согласился он.

– Ты… не приставай ко мне… я не справлюсь, а потом…

– Да, – опять согласился он.

Легко было говорить себе, что он не должен, не может, что больше никогда и ни за что. Он наклонился и потерся щекой о ее щеку.

– М-м… – выдохнула она.

Чайник на заднем плане бурно задышал и щелкнул кнопочкой.

Кира оторвалась от Сергея, метнулась к холодильнику и распахнула его.

– Хочешь колбасы? – спросила она оттуда.

– Нет.

– А йогурта?

– Нет.

– А сыра?

– Кира, закрой холодильник и сядь, – велел он, строго контролируя каждое слово. – Я тебе обещаю. В общем, я постараюсь.

– Хорошо, – согласилась Кира, – только ты рассказывай мне про убийство и больше ни о чем не спрашивай. Ладно?

– Ладно. Ты не знаешь, зачем мы развелись?

– Сергей!

– Да, – быстро сказал он и потер лицо, – про убийство так про убийство.