Моя (чужая) жена

Когда заканчиваю, Игорь возмущенно бросает:

— Ну да, давай на меня всех собак повесим! Понятия не имею, что это за блондинка. Я никогда тебе не изменял! — Он осекается, сокрушенно добавляет: — Ну, кроме Маши. Клянусь. Чем хочешь клянусь.

Он молчит, ожидая моей реакции. И я молчу. Не знаю, что сказать и что думать. Неужели та блондинка действительно лишь совпадение? Ведь, как бы то ни было, муж бы не стал разбрасываться клятвами так просто, я знаю, для него это серьезно.

— Я люблю тебя и Сашу, очень люблю, — непоколебимо стоит на своем Игорь.

— И ты именно поэтому, — раздражаюсь я, — подключил всех, кого можно? Моих родителей и даже свою мать! Пусть и они доказывают? Так, что ли?

Муж недоуменно приподнимает брови, но потом разводит руками:

— Я их не подключал, Катя. Да, они в курсе ситуации, но я никого из них не уговаривал мне помогать, это их собственный выбор.

И проникновенно добавляет:

— Давай попробуем все наладить?

Я качаю головой, поджимая губы.

— Кать, если дело в воспоминаниях, так давай переедем в другой город, начнем все сначала?

Я аж закашливаюсь.

— Игорь, — печально усмехаюсь, — куда бы мы ни переехали, мы возьмем с собой нас. А значит, и все воспоминания.

— Мы создадим новые! — убежденно восклицает муж. — Каждая пара сталкивается с кризисом в отношениях, каждая. Но мы все преодолеем. Вместе.

И взгляд такой серьезный, просящий. Он действительно верит в то, что говорит.

— Да, нам понадобится время, знаю, — продолжает Игорь.

Глава 27. Где моя дочь?

Катя

Я машинально мариную курицу на ужин, а из головы никак не выходит вчерашний разговор с Игорем.

— Катя, я последний кретин, знаю. Ты лучшее, что случалось в моей жизни, не дай одной ошибке все испортить. Мне очень плохо без тебя и Саши, — надломленным голосом уверял муж. — Я снова заслужу твою любовь и доверие, обещаю. Давай не будем разводиться?

Он говорил и говорил, просил прощения, напоминал о прошлом, уверял, что все будет еще лучше, чем раньше.

А мое сердце сжималось и обливалось кровью, и в конце концов я прикрыла веки, чтобы не видеть его лица.

Но уши продолжали слышать. Этот тон, этот голос с хрипотцой. Такой родной, такой завораживающий…

Какую-то часть меня все еще тянуло к мужу. Ту, которая за годы брака привыкла к нему, к его запаху, теплым рукам и поцелуям, уютным объятиям, поддержке, стабильности. Ту, которая жаждала помнить только хорошее.