Моя (чужая) жена

— Представь мое удивление, когда увидел тебя в офисе у Ивана Максимовича и узнал, что ты тоже дизайнер, как и Ольга. Странно, не находишь?

Я вскидываю брови. Странно, да.

— Потом ты начала рассказывать детали о своей жизни. Муж, ребенок, развод, родители... С одной стороны, ты говорила правду, ты другая личность, я ведь навел справки, уж прости.

— Вот видишь! Сам говоришь, я не Ольга!

— Да, только вот с другой стороны — твоя внешность, даже голос, какие-то привычки, манеры. Все как у Ольги.

— Привычки? — недоуменно интересуюсь я.

— Да, например, накручивать волосы на палец, когда нервничаешь. Или склонять голову набок, когда что-то изучаешь. И твоя любовь к морепродуктам. И даже аллергия на ореховый соус. И еще разные мелочи на уровне тела.

Я приоткрываю рот. Выходит, все это время он сравнивал меня с умершей женой? Может, и помогать начал только поэтому? А историю с другом сочинил? Офигеть, приехали.

— Руслан, — прищуриваюсь, — я хочу знать: ты что, врал, когда говорил, что я напомнила тебе ту историю с бывшим другом и его женой? И что после этого создал фонды помощи по всей стране?

— Нет, — искренне изумляется он, — это правда.

Руслан встает и начинает ходить по комнате взад-вперед, проходится ладонью по волосам, взъерошивая их.

— Катя, прости, что не сказал тебе все сразу. Боялся, что ты испугаешься и сбежишь.

Ну, тут он как в воду глядит. Скажи он мне это тогда, я бы бежала так, что пятки сверкали бы.

— Тем более после нашего первого ужина в моей квартире, — поджимает губы Руслан, — я окончательно решил, что ошибся. Что ты не Ольга. Да и время шло, а ты по-прежнему меня не узнавала.

— Что изменилось?

Я ничего такого не припоминаю. Ужин как ужин. Мы много разговаривали, правда, в основном о себе рассказывала я, смеялись, даже играли с дочкой в бродилки.

— Помнишь, я рассматривал твои фотографии? Среди них заметил одну с тобой и Сашей. На тебе еще была кофта со спущенным левым плечом. Так вот, я не увидел родимого пятна над грудью, которое было у Ольги. Даже если его удалили, все равно остался бы след.

Я хмурюсь, вспоминая, о какой фотографии он говорит. А потом до меня доходит, и я охаю.

— Руслан, это селфи. Камера ведь переворачивает изображение. Там было оголено правое плечо, а не левое.