Моя (чужая) жена

Муж уже на месте, смотрит в экран ноутбука и что-то печатает.

Справа от него дымится паром кружка с кофе, и по кабинету плывет легкий аромат.

— Ты что-то хотела? — приподнимает он брови при виде меня.

— Хотела.

Я закрываю за собой дверь и поджимаю губы.

— Скажи мне, как ты теперь планируешь общаться со Зверевым после того, что натворил вчера?

— Я натворил?! — Игорь подскакивает с места так внезапно, что его кресло отъезжает назад с грохотом.

Он опирается ладонями о стол и прищуривается.

— А кто? — округляю глаза я.

"— Мне все равно, что скажет директор и уйдет ли Зверев. Пусть валит на все четыре стороны, — разъяренно бросает муж. — И не приближается к моей жене!

— Не ври, тебе не все равно. Ты не хуже меня знаешь, что Иван Максимович может выпереть с работы и тебя, и меня. Причем с волчьим билетом. А Руслан просто мне помогает, Игорь. Ты вообще себя вчера видел со стороны? Ты ведь совсем озверел, конечно, он решил меня защитить!

— Защитить от мужа? Катя, я не идиот.

— Прямо как тебе, да? — не выдерживаю я.

Муж выпрямляется, кивает без тени сомнения.

— Мне нужна ты, моя жена. Потому что я тебя люблю. Я это говорил не раз и буду повторять сколько угодно. А что нужно ему — это вопрос. Подумай на досуге.

— Хватит! — обрываю его я. — Я пришла сюда не за этим. Я поговорила с Русланом, и между прочим, это было нелегко! Но он согласен сделать вид, что ничего не было, если ты перед ним извинишься.

Левый уголок губ мужа дергается в нервном тике, а взгляд наливается злобой.

— Извиниться? Перед Зверевым? Ты серьезно?

Я киваю.

— Вообще-то, серьезнее некуда.

— Если я перед кем и извинюсь, то только перед тобой.

Муж обходит стол, приближается ко мне, а я быстро пячусь.

Он останавливается в шаге от меня, приподнимает ладони, мол, я ничего тебе не сделаю.

— Скажи мне честно, у тебя с ним что-то есть?

— Нет, Игорь. У меня с ним ничего нет, — совершенно серьезно заявляю я. — И не было.

Муж молчит несколько секунд, буравит меня испытующим взглядом, а затем удовлетворенно кивает, расслабляя плечи.

— Я тебе верю. Прости меня, любимая. Я вчера как представил тебя с ним… — сокрушенно признается он.